Вопреки богам

– Да как ты смеешь! Что ты себе позволяешь?! – царица вскочила на ноги и отвесила наглецу звонкую оплеуху.

Тот не закрывался и не пытался защищаться, лишь слегка приподнялся на локтях, недоуменно уставившись на девушку.

– Кто тебе позволял меня трогать?! – повторила та, отступая от ложа на шаг. – Кто разрешил тебе войти и нарушить мой покой?!

Мужчина усмехнулся, на этот раз совсем нехорошо. Его глаза, совсем уже не сонные, глядели теперь на нее холодно и жестко.

– Право быть с тобой дано мне Богами! Мы принесли брачные обеты и теперь ты моя законная жена, а потому я имею право, нет, не право, обязанность быть с тобой.

Я хозяин твоей пашни и мое семя растет в ней! Разве нет у меня после этого власти над тобой? Пока светит дневное светило, я – твой слуга, полководец и советник, но ночью я тебе хозяин по слову Аннана! Милостью Серебрянорогого я буду сегодня с тобой.

– Прочь! Не подходи! – Юилиммин выставила вперед руки, понимая, что это вряд ли остановит мужчину.

– Я долго ждал.

Видит Всеблагая, я терпел! Я угождал тебе, посылал подарки, но не был ни мил, ни люб, ни обласкан. Сегодня я унижаться не стану! – Асмаррах легко поднялся с ложа и шагнул к ней, притягивая к себе. – И на твои крики, полагаю, никто не прибежит. Все знают, что я пошел сюда! Когда я сольюсь с тобой сегодня, ты и не так кричать будешь от желания… – Его голос стал низким, бархатистым и слегка хриплым.

Она понимала, что если он сейчас поцелует ее через силу, тело немедленно предаст, отдавшись той животной страсти, что заставляла сердце биться чаще при одном лишь взгляде на этого мужчину.

– Не подходи! Пойди прочь! Я ненавижу тебя! Ненавижу! – крик рвал горло, но помощь не приходила. Юилиммин заметила, как кто-то мелькнул за дверью, скорее всего, шум разбудил служанок, но вмешаться они не решались.

– Ненавидишь? – мужчина на секунду остановился, ослепленный словами. – Но разве не ты говорила, что любовь в тебе выше гор? Разве не сливались наши чувства в одно?

– Отойди! Я… я ничего подобного тебе не говорила! Это было давно… Отойди! Ты мне противен! – но разве могут эти тонкие руки защитить?

– Нет, я сегодня никуда не уйду, пока не получу того, за чем пришел! Но прежде всего я разберусь, почему вдруг опротивел тебе! – он снова наступал, заставляя ее отходить, вжимаясь в стену.

Колени тряслись, но ярость не позволяла просто так сдаться. «Думай, Юилиммин, думай!» – шептала она самой себе, ища выход.