Вопреки богам

– До завтра я неприкосновенна! Но я не бегу от разговора, не думай!

– Постой! Я знаю этот обычай! Завтра воззовем мы к Великой Матери и она подготовит пашню, чтобы пахари наполнили ее жизнью. Ах я, дурак! Прости, я ухожу сегодня, но завтра уж ты не сбежишь! – Асмаррах, порывистый, как шквальный ветер, преклонил перед ней колени и исчез. И все! Как будто не он бушевал здесь пять минут назад, выдвигая различные обвинения. Как будто не он стремился овладеть ей, невзирая на яростный отпор. Ну что за человек, не человек, а буря!

Но и после ухода супруга легче на душе не стало.

Да и не ушел он, завис, словно занесенный над головой клинок! Сегодня сражение выиграно, враг отступил, но что делать завтра? Завтра он будет иметь на нее втрое больше прав!

Ах Всеблагая! Как же тяжело на сердце! Услышь, услышь меня! – девушка упала на холодный пол и залилась слезами. – За что мне столько боли? Почему ты не отвечаешь мне? Разве не я твой голос под этим небом? Как же мне быть?

Слезы капали, оставляя на щеках мокрые дорожки, руки дрожали, а перед глазами все еще стоял его образ: серьезный и слегка встревоженный взгляд, сложенные на груди руки.

Наконец она нашла в себе силы и кликнула служанок. Девушки появились мгновенно. Было ясно, что всю ссору они просто жались в коридоре. Всеблагая! Если бы он овладел ей, то они бы все услышали! Все-все! Ужас ледяной змеей прополз по позвоночнику. Нет, он не получит ее завтра! Не получит никогда! Лучше смерть!

– Эй ты! Пойди на двор к почтеннейшей Мисхар и немедля проси ее прийти ко мне! Да возьми там в шкатулке сердоликовые браслеты с перетяжками и отнеси в дар.

И если не выполнишь, я велю запороть тебя до смерти! – бессильный гнев и отчаяние нашли выход. Покорно склонившаяся в низком поклоне служанка напоминала о недавнем ужасе. А в голове горело одно – разболтает! Надо завтра же услать их в самый дальний храм! Нет, не болтают только мертвецы и служащие им… От таких мыслей стало еще страшней. Ничего, придет Мисхар, она-то знает, как поступить.

Глава 11 Когда тайное становится явным

Праздник Двоих Изначальных

Ночные волнения не прибавили ни цвета лица, ни здоровья сиятельной Юилиммин. Лишь с первыми лучами солнца она забылась в тяжелом сне на руках у Мисхар. Та, убедившись, что царица крепко спит, переложила ее голову на подушку и вышла.

– Не позволяйте никому тревожить покой пресветлой Иитари-а-Н’кар-Ишаат до полудня! – наказала она двум амбалам на входе.