Так горек мёд

В наступающих сумерках незнакомка может и не увидеть его; с другой стороны, место назначено ею. Вероятно, дама хочет остаться незамеченной ревнивым супругом или случайным прохожим. Наверняка она молода и красива… ну, или хотя бы молода, тогда уж Фернан не оплошает. Женщины постарше его не привлекали, но виконту не хотелось бы ссориться с какой-нибудь важной придворной дамой.

За тёмной стеной можжевельника послышались шаги: лёгкие, почти неслышные, лишь каблучки слегка поскрипывали по галечной дорожке.

Она! Вот огибает купу шиповника, вот на светлом фоне реки нарисовался силуэт, почти сразу обретший объём. Фернан Ламотт шагнул вперёд, и невысокая фигурка в тёмном плаще бросилась ему навстречу.

– Фернан! – тихий отчаянный возглас растаял в шорохе тафты.

– Тиана? Вы?!

Юноша остановился так резко, что отшатнулся даже.

– Фернан! – Тиана остановилась тоже, робко потянулась к Ламотту.

– Так это вы позвали меня… Зачем? – процедил тот. – Что вам нужно от меня, сударыня?

– Фернан! Что… За что вы со мной так? Что я вам сделала? – девичий голос дрожал, как и руки, сложенные в умоляющем жесте.

– Лучше спросить, чего вы {не} сделали, сударыня, – надменно ответил Ламотт. – Вы говорили о любви, но как быстро истаяла ваша любовь! Мы задержались на три дня, и вы уже нашли себе иной предмет обожания.

О, как разгневан был юноша, когда услышал об измене своей почти невесты! Лечь в постель к старику – ради подарков, высокого положения при дворе и что ещё ей надо было… Мерзость! Он хотел тут же увидеть её, взглянуть в бесстыжие зелёные глаза, потребовать ответа за всё, но тут внезапно вступилась мать, а отец прямо запретил подходить к королевской подстилке.

Дескать, его величество будет недоволен. А он, Фернан?! Что, у него можно отнять девушку, а он должен утереться и кланяться?! И отец сказал: да. Должен. Улыбаться, кланяться и поздравлять семейку Кэрве с удачным случаем. Виконт послушал бы отца, да он и послушал: не стал искать встречи с изменницей, а случись такая встреча при людях – молча поклонился бы и отвернулся. Но раз она пришла сама, раз никто не услышит их, то бессмысленно молчать и сохранять вежливость, пусть узнает, что он думает о её поступке!

– Нет! – Тиана пошатнулась, прижала стиснутые кулачки к груди. – Нет, Фернан, клянусь! Я не люблю короля, я не хочу… Я с ужасом жду, когда он придёт снова. Я не хотела, Фернан! Я люблю вас, и моё сердце вот-вот разорвётся от боли.