Берегини. Правильный дар

Среди богемной публики ходили таинственные рецепты неких зелий, которые, якобы, даруют подлинное вдохновение… А еще, и светские и художники особенно любили разные трюки с иллюзиями.

В общем, всё это казалось Рудольфу безопасной игрой, запретной, и оттого еще более притягательной. И, наверное, так бы оно и осталось, если бы не деньги. Проклятые, презренные деньги, о которых благородный человек не должен даже думать! Но когда их нет, не думать о них просто невозможно. Эраст Львович, бывший к тому времени уже почти лучшим другом князя, прекрасно всё понял.

И предложил помочь. Точнее, предложил поучаствовать в одном очень перспективном деле.

…А Варваре князь тогда, в Майский день, соврал. Он уже знал, кто и зачем вызвал монстра. Мысль о кузине вдруг натолкнула Рудольфа на одну идею. Что ж, пожалуй, он тоже умеет темнить.

Руди вскочил из-за стола, надо сегодня же найти Савина и взять у него еще одну монету. Знать бы только, где сейчас разгуливает уважаемый публицист! Хотя, можно попросить то же самое у Раскина, но князю совсем не хотелось опять связываться с рыжим.

Впрочем, может быть, он знает, где сейчас Савин, и Руди всё-таки направился обратно в комнату гостя.

Дверь так и оставалась неплотно прикрыта, Рудольф уже собирался войти, но вдруг услышал голос Раскина. Голос звучал как-то странно.

Руди невольно замер и прислушался.

- Вам не о чем волноваться, я же сказал, - донеслось из-за двери, - всё будет вовремя.

Голос рыжего звучал неуверенно, почти дрожал, Руди никогда его таким не слышал.

Он приблизился и заглянул в узкую щелочку между дверью и косяком. Подслушивать, а тем более подглядывать было в высшей степени неблагородно, но, учитывая обстоятельства…

- Нет, помощь мне не понадобится.

Руди подумал, что гость разговаривает с Ангриным, но оказалось, тот стоит к портрету спиной. Раскин склонился над столом, а перед ним стояла какая-то плоская миска. Над миской поднималось едва заметное мерцание.

- Я уже слышал об этом… Но это всего лишь мелкая стычка на границе, это ведь ничего не значит, - Егор Петрович старался говорить твёрдо, что у него не получалось.

Слов собеседника из миски не разобрать, но тот был явно недоволен последним замечанием, - да, да, простите. Гарантирую, скоро им будет не до кораблей. И не до востока. И не до чего.

Мерцание над миской исчезло. Раскин шумно вздохнул, подергав себя за ворот рубашки, ему, видимо, не хватало воздуха.