Берегини. Правильный дар

Гораздо сильнее, чем следовало, в передающей коробке что-то нехорошо щелкнуло. Так недолго и сломать дорогой новомодный прибор. Поймав себя на том, что опять думает о мелких расходах, князь захотел просто бросить что-нибудь в стену. Что-нибудь дорогое. А еще лучше – в кого-нибудь. В кого-нибудь рыжего…

Наконец, дозвонившись до Варвары, он узнал, что любезная кузина, собственно, ничего больше и не знает. Или не хочет ему говорить? Сам Рудольф во дворец не поехал, можно не сомневаться, что его бы не приняли. Только отправил Софии полагающиеся по этикету цветы и пожелание скорейшего выздоровления.

Но, по словам Варвары, царевна и так почти совсем здорова. Божией милостью, о да!

Рудольф быстро вышел из кабинета. Вернулся в комнату «дорогих гостей».

Гости, как ни в чем не бывало, занимались своими делами. Эраст Львович сидел за столом и неспешно листал газету. Раскин деловито вынимал из коробок какие-то безделушки и раскладывал на краю ковра.

Ангрин сидел, как обычно, на подушке, подобрав под себя ноги, и перебирал ворох маленьких бумажек.

В этот момент колдун с портрета не показался Рудольфу особо страшным. Впрочем, тот даже не поднял на князя взгляд.

- Ну что, позвонили? – поинтересовался Раскин, усаживаясь на пол слева от старика.

- Да, позвонил, - сквозь зубы произнес Руди. Он вдруг понял, что не знает, куда себя деть в этой комнате, - да, она не пострадала. Каким-то чудом!

- Рудольф Маратович, еще раз повторю, нам очень жаль, что так получилось, - возвестил Савин, отложив газету, - по нашим сведениям, она должна была остаться в Царском, её не должно было быть в поезде…

- Я уже это слышал, - оборвал его Руди и всё-таки сел, тоже на пол, но так, чтобы между ним и колдуном оставался Раскин, - надеюсь, вы понимаете, что, если бы не было Софии, вас не было бы в моём доме?

Рудольф знал, насколько это слабый довод.

Но нельзя же так пренебрегать его интересами!

- Понимаем, понимаем! – беззаботно отозвался рыжий. – Впредь будем внимательнее, клянусь! Хотя, в Майский день вы так не переживали.

- Тогда настоящей опасности для неё не было, - Руди нервно мотнул головой, - то есть, опасность была наименьшей. И я знал… Впрочем, что я должен вам объяснять?!

Раскин только ухмыльнулся, не глядя на князя. Он раскладывал на ковре кучки колечек, цепочек, подвесок, по виду совсем дешёвых. Старик всё еще созерцал бумажки. Руди уже знал, что тот будет делать, но неспешные движения узловатых пальцев всё равно казались завораживающими.