Берегини. Правильный дар

- А знаете, почему мы выбрали для укрытия именно ваш дом? – вдруг спросил Эраст Львович.

- Потому, что не хотите платить за гостиницу? – хмыкнул Рудольф.

- Не только, - Савин многозначительно покачал головой, - дело в том, что ваш гостеприимный дом был местом действия одного интересного исторического события. Пятьдесят лет назад.

Князь насторожился:

- Имеете в виду Январское восстание? Никто из моих предков в нём не участвовал, как раз наоборот.

- Известно, что наоборот, - усмехнулся Раскин, - потому-то ваш дед и получил потом этот дворец.

- Выкупил его у казны, - строго уточнил Рудольф.

- Да, в которую его до этого конфисковали у князя Трубецкова. Но это не суть. Главное, что в стенах этого дворца собирались весьма интересные личности. Весьма…

- Здесь осталась темная магия? – Руди едва не вскочил с ковра. – Но это же невозможно, её бы обнаружили, тогда все дома заговорщиков тщательно осматривали. И мой дед сам имел отношение к красному департаменту, он бы знал!

- Насколько мне известно, ваш дед сам не имел дара и не служил.

- Не служил, но всегда помогал старшему!

- Да, да. Но, поверьте, не всё так просто, - многозначительно заметил Савин и сделал вид, что опять читает.

Рудольф невольно перевёл взгляд на старика, словно лишь он мог объяснить, о чём речь.

Но Ангрин как будто и не слышал ничего вокруг. Рудольф заметил, что у того появились три тени: две по бокам – от свечей на столе и от настенной электрической лампы, обе тени слегка подрагивали, хотя сквозняков в комнате не было, а сам он почти не двигался.

А третья тень вытянулась перед колдуном, распластавшись почти на половину ковра. Эта тень была густо-чёрная, как смола, и не зависела ни от какого источника света. Краткое движение костлявой руки – и бумажки расстелились в третьей тени рядами по четыре.

- Да, среди ваших предков были маги, и весьма сильные, - неожиданно легко сказал старик, - и вы могли бы стать сильным колдуном.

- Хотите сказать, его бы надолго хватило? – усмехнулся Раскин.

- На многое.

- Благодарю, - выдавил Руди. От таких рекомендаций у него мороз прошелся по спине, - но я пока воздержусь.

- Подумайте, подумайте, - живо кивнул Эраст Львович, - господин Ангрин редко делает комплименты нынешней молодежи. Новое поколение люционистов его крайне раздражает.

Руди попытался представить «крайне раздраженного» Ангрина. Получилось страшно.