Странствие духа

— Вот и у меня пока нет… Но вы не думайте, что я вас тут позабуду! Верхний мир тоже не махальными населён, позову — придут на битву. Только сперва надо понять, как биться-то. Опасаюсь я, что убить Урэна непросто, а и убьёшь — ему горя мало, мертвяком каким-нибудь станет. Он ведь умирал уже в Срединном мире, в человечьей жизни… Ну ладно, родичи, с наскоку мы ничего не придумаем. Нам с лохматым надо поспать, а потом дальше пойдём — хочу делугиров повидать, узнаю, что за род, чем живут, чего хотят. Прощайте, светлые духи, блага вам!

И Гарпани подкинул ещё смолистых веток в костерок, приткнулся меж корней выворотня и задремал, а пёс лёг ему на ноги — для тепла.

Глава 14. Шаманка и чудища

Ну и места пошли, стоило только покинуть килягирские земли! Гарпани шёл и удивлялся: чуть не у каждого дерева свой дух, каждый родничок хранителя имеет, каждая речонка — целую семью покровителей… Чудеса! И все обычай знают — только и слышишь: «Сначала привет тебе, небесный сонинг, потом разговор!»

— Отчего вас тут так много, младшие братья? — спрашивал Гарпани у духов.

— Нас тут берегут, помогают нам, за своих держат. Хорошо! — наперебой отвечали духи зверей-птиц, моховых болот, чёрной тайги, озёр, гольцов…

— А что за люди тут живут?

— А нет здесь никаких людей! — щебетали духи. — Только делугиры!

Вот так так! Делугиры уже и не люди, что ли?

Зима щедро посыпала землю снегом, пришлось сделать лыжи и на них бежать дальше через тайгу, застывшие озёра, еланки, болотца, кочки, увалы.

Гарпани там и сям находил следы жилья: охотничьи тропки, щепки от заготовки хвороста, хитро скрытые слопцы на пушного зверя, петли на тетерева… Однако нашёл нежданно-негаданно не стоянку рода, а одинокое жилище — маленький чорама на берегу незамерзающей речушки. Жили тут основательно, всё имелось: вешала для рыбы, распялки для шкур, яма для пережигания угля, охотничья волокуша у дома, а под деревьями чуть поодаль — лабазик.

Из дымогона сочился прозрачный дымок. Гарпани подбежал поближе:

— Эй, хозяева, есть кто? Сначала привет вам, потом разговор!

Покрышка дымогона чуть отодвинулась, из домика выглянула старушка. Маленькая, сморщенная, седая — сотню зим на свете протянула, не меньше! Однако ловка была на диво, как молодая: шустро соскочила на землю, подошла поближе, звеня подвесками на кафтане.