Странствие духа

Украдкой он разглядывал наряд Дуннур-Матери: он оказался непрост! В головной повязке её не бусинки — льдинки вплетены, на переднике не бисер — настоящие ягодки: голубика, брусника, костяника, черёмуха. А узоры из листьев не нитками вышиты — это и вправду настоящие листья, неведомо как они держатся на мягкой ровдуге.

— А не хочешь ли ты стать духом?

— Как? Я? — Авлан растерялся. — Да разве я могу...

— Можешь, коли я разрешу, — кивнула Дуннур-Мать. — Стань духом-покровителем баягиров, тогда защитишь их и от заразы, и от других бедствий.

А они почитать тебя станут.

— А... как же предки?

Каждый ведь знает: предки рода берегут его от всех напастей, для того шаманы их кормят и подарки им посылают...

— Предки ваши спят в земле мёртвых, а что среди живых творится, им неведомо. Что вы их помните — это правильно, почитаемых предков никто в Нижнем мире не обидит, не тронет. А вот в дела потомков они вмешаться не могут. Тут иное нужно, как вот с тобой: чтобы смерть привела не в землю мёртвых, а в мир духов.

Что ж, согласен?

— Согласен, — прошептал Авлан. Не знал ещё, как он будет помогать роду, но если сама Дуннур-Мать говорит, что он сможет...

— Вот и договорились, — ладонь Дуннур-Матери снова легла ему на голову. — Будь же ты, Авлан из баягиров, духом Срединного мира, защитником рода. Тело же для путешествий по земле я тебе дам.

Она протянула руку за спину и вынула бурундучью шкурку:

— Вот твоё обличье на первое время. Будешь бурундуком всюду скакать, всё увидишь, везде пролезешь, а там, глядишь, и посолиднее облик обретёшь.

— А... прости, матушка, но мне в человечьем виде привычнее!

— Человечий вид я тебе дать не могу, — вздохнула Дуннур-Мать. — Чтобы душа в человечьем теле удержалась, Аин-Маин должна её туда вложить. Если бы какая женщина согласилась тебя вновь родить — это бы можно, но на это власть Аин-Маин, хранительницы душ. Проси её, если доведётся встретить. Только она в Верхнем мире живёт, здесь её не увидишь. А в Верхний мир тебе так просто не забраться — там великие силы нужны.

А пока, — Дуннур-Мать потрепала нового духа по затылку, — бурундуком тебе сподручнее будет. Да не забудь шаману во сне явиться и сказать, чтобы почитал тебя: от приношений и молений у тебя сила прибавится. Ну, иди, сынок, примеряй шкурку — и отправляйся.

Ладонь Дуннур-Матери вдруг стала неохватно огромной, она подхватила Авлана и подбросила вверх. Солнце блеснуло прямо над головой — и лапы его коснулись сырой лесной подстилки на земле людей.