Сабуро́. Книга 1. Внук своего деда

Выходит, с ним можно общаться так же, как с Тамаси?

— Расскажи, дружище, что ночью видел! — мой приятель протянул руку и погладил кота по спине. Маленькая ладонь утонула в густой рыжей шерсти.

Двухвостый — впрочем, заметить это было почти невозможно — зверь покосился на котомку, стоявшую у стены, облизнулся и уставился на меня. Видимо, учуял вяленую чавычу. Взгляд жёлтых глаз недвусмысленно намекал на то, что их обладатель не прочь познакомиться с источником запаха поближе.

Похоже, Тора считал, что имеет право на всё, что находится на борту "Нэко-мару". Стало понятно, что ждать от рыжего оборотня благодарностей за "подаренный" оберег не стоит...

Вздохнув, я достал свёрток с рыбой, выбрал кусок поменьше и положил его на край стола. Кот даже усами не повёл, продолжая молча смотреть на меня.

Тамаси понял причину первым. Он взял рыбу, ловко снял с неё кожицу, разделил красноватую мякоть на несколько небольших кусочков и протянул один коту.

Тора степенно кивнул, осторожно ухватил угощение зубами и принялся жевать, тихо урча от удовольствия, и одновременно рассказывать. Неспешная трапеза этому никак не мешала:

— Прошлой ночью мне всякие мысли в голову лезли. Понял, что без успокоительного не усну... Выбрался на палубу: ни души, один рулевой на корме маячит. Прокрался я, значит, к лампе, маслица полакать…

— Вот этого? — Тамаси показал на покрытое солью пятно, красующееся на разложенном по столу кимоно.

— Ну да, его самого. Только без соли. — Тора проглотил то, что оставалось в его пасти и выразительно замолчал. Продолжить ему помог второй кусочек сушёной рыбы:

— Страсть, как ламповое масло люблю! Уж каких я только изысков не пробовал, а всё одно к маслу тянет. Успокаивает оно мою мятущуюся душу... Днём мимо лампы спокойно пройти не могу, еле сдерживаюсь. Только по ночам и могу себе позволить — в меру, конечно: к чему лишнее внимание привлекать…

— Оно же вонючее! — вырвалось у меня.

— Тухлой рыбой пахнет[7]!

— Для вас, людей, может и вонючее. А для меня это запах детства! Вкус, разумеется, тоже: до сих пор помню, как впервые лампу облизал! Котёнком я был резвым и не по годам умным...

— Тора, не отвлекайся, пожалуйста! — попросил Тамаси, вкладывая в пасть кота следующий кусочек.