Быть тварью

— Но найти ее могут только считанные люди. Один из них — я. Ты как думаешь, почему эта карта так дорого стоит? Чисто рельеф поверхности описать просто. Но вот где воду искать? За цинноты деньги и платят.

— Ты не можешь знать каждый колодец в Котловине, — заметил Гайал. — Сколько ты у або прожил? Два года? Ты просто физически не мог побывать у каждого колодца, чтобы запомнить их место.

— А Паутина на что? Мне нет необходимости где-то бывать, чтобы знать, что я могу там увидеть.

Где был хоть один из або, там появляется дополнение к Паутине следов. А Паутина описывает не только Котловину. Я с помощью Паутины могу описать тебе кое-какие районы Озерного Края. Триста лет назад або еще делали набеги в ту сторону.

— Западную сторону Медвежьего озера?

Шерман задумался, взял в руку карандаш и на подвернувшемся листе бумаги нарисовал Медвежье озеро, как его рисуют на современных картах.

— Оно? — поваленная на бок подкова с заметно разведенными ножками.

— Оно, — подтвердил Гайал, знавший эти места не понаслышке.

Шерман удлинил одну из ножек подковы, соединив ее с другим озером.

— Тогда оно было так. В этом месте — скалы, — ткнул карандашом в точку. — А здесь, — переместил острие карандаша, — деревня и лес со сладкими плодами, надо полагать, сады.

Яблони, что ли?

— Груши, — сказал Гайал. — У нас там грушевые леса, а не сады. Медовые дички.

— Ты же из Тенна, — возразил Шерман.

— А у деда поместье в Озерном краю, — ответил Гайал.

Шерман будто нырнул куда-то в воспоминания, надо полагать, проверил по «Справочнику дворянских родов» родичей Гайала по матери.

— Точно, — сказал он.

— Я как-то не сообразил.

Он перенес карандаш чуть в сторону от деревни.

— Вот здесь поместье твоего деда?

— Да.

— Лет триста назад там замок, что ли, стоял? Такое... хорошо защищенное место, не знаю, как описание с языка або перевести.

— В наших краях замков нету, — сказал Гайал. — Ну, то есть укрепленные поселения были, но назывались фортами или фортиками.