Полнолуние

 - Если бы я ещё что-то помнил, - грустно ответил торговец, дыхнув на неё перегаром. – У вас три дня. За это время я загружу фургон каменными плитами для Башен Молчания, а потом уеду, с вами или без вас. Я не могу сидеть здесь до осени. 

 - С каких это пор ты стал заботиться о мёртвых? – Спросила девочка, пытаясь обдумать услышанное. – У нас с тобой был договор…

 - К чёрту все договоры. Скажи спасибо, что я привёз тебя сюда, а то бы ты до скончания дней застряла в борделе Уайта. Твоя мамаша так и не заплатила мне за спасение.

 - Она заплатит, когда придёт время. Разве Уинсли плохо отблагодарил тебя?

 - Так, то Уинсли. Войдя в моё положение, он забрал орган для Храма, рассчитавшись надгробными плитами по хорошей цене. Даже если я сдам их в Полонии за те же деньги, всё равно останусь в прибыли, а я продам их дороже. Покойникам-то уже всё равно. Просто теперь мне как-то неловко предавать такого хорошего человека, - добавил он, покосившись на дом милорда. Ещё одна компания пришедших в себя гуляк показалась на поляне у парка, девочка спряталась за деревьями, а Трувер, делая вид, что справлял нужду, тихо сказал ей напоследок: - Три дня.

 

    Ансара уже видела в посёлке всё, что стоило посмотреть, и милорд провёл экскурсию по Бриджтауну для Сандры. Миледи тоже отправилась с ними и, выехав в запряжённой цугом четвёркой вороных лошадей чёрной карете гиганта, оказавшейся под стать его габаритам, они сделали круг по приграничному городку. 

    Нанятые строители знали своё дело.

Посёлок был расчерчен прямоугольниками кварталов, разделённых широкими улицами, по которым запросто могли разъехаться две кареты, даже таких больших как у милорда. Все улицы сходились к центральной площади у рынка, рядом с которым стояли базилика Храма Солнца со статуей Триолана и Дом Собраний, где разместился городской суд. Тюрьма здесь отсутствовала, по причине того, что не куда было отсюда бежать. До ближайшего посёлка были сотни миль по безжизненной пустыне, а владельцы постоялых дворов на большой дороге побоялись бы помогать беглецам, не желая ссориться с Тарвером.  

    Тяжкие преступления, такие как убийства, карались смертью без особого разбирательства, по принципу око за око. Кражи или нанесение увечий наказывались штрафом или годом работы на рудниках. Закон был суров, население маленьким, оттого преступности как таковой в поселении не было и многие даже не запирали свои двери, выходя из дома.