Победитель

Хусария тоже есть, но она в замке на холме, там, где конюшни. Даже казаки есть, но те за городом. Кто же их сейчас в город пустит. В Старых Бабках сидят.

– Откуда взялись?

– Но то, я не знаю.

Погрузившись в раздумья, Ян незаметно для себя допил последний глоток вина: «Хелена уехала. Впрочем, она ведь даже не знала...»

Хелена не могла знать, что он приедет. И потом, он ведь сам понимал, что Шимон однажды добьется своего.

Тогда, три года назад… в заснеженном лесу, на охоте… Он долго искал их, плутал.

И нашел… под огромной заснеженной сосной. Вдвоем... в очередной раз. Они повернулись на звук копыт его коня. Хелена посмотрела ему в лицо своими огромными зелеными глазами, в которых застыло удивление и что-то еще. Возможно – ожидание. … Шимон сделал шаг вперед , словно готов был броситься в бой, его глаза сверкали гневом.

Ян завернул коня, уехал. Уехал с охоты, уехал из Замостья, уехал на войну. Потом был Крингхольм, полковничья булава, мятежи и, наконец, Белые Воды.

В прошлом году, в столице он встречался с Мачкем.

Брат Хелены, обняв старого друга, сказал только, что Шимон теперь тоже воюет, но на Западе. Что приезжает к ним, но Хелена пока не вышла замуж.

Война. Кому она мать родная? Шимону на войне не очень везло. Хотя жив и ладно. Но ведь тоже полковник. И хоругвь своя, из местных. Когда-то местных. И когда-то своих.

Его грустные мысли прервал Францишек.

– Я так думаю, что пану лучше пойти сейчас в корчму. Пан Мачей, если и вернется, то дай бог под утро.

А он уж все знает лучше. И про войско и про…

Тут старик запнулся, и морщины утонули в ночном сумраке. Кажется, Францишек хотел добавить что-то еще, но не смог, не решился. А может это только показалось?

– Да, нужно идти, – он поблагодарил слугу и направился к корчме.

Заведение было известное. Пиво там было первоклассное, место считалось престижным, и обычно посещали ее люди с деньгами или привилегиями.

Но сейчас там было довольно шумно. Места у всех столов были заняты многочисленными офицерскими компаниями.

В углу немцы уже что-то пели, стуча огромными кружками и заставляя коситься венгерских наемников за соседним столом. Он огляделся в поисках брата Хелены и обнаружил его среди самой большой компании, впрочем, как и всегда.

Шляхтичи в драгунских и ярких гусарских мундирах шумели и размахивали руками. Мачей как всегда был в самом центре, он что-то громко говорил прямо в ухо соседу, лицо мужчины раскраснелось.