Под пение оляпки

Я думал, что нравлюсь тебе, — собеседник выглядел огорченным, но в глазах явственно виднелся интерес.

— Не мели чуши, Йон. Мы помогаем друг другу. Я помогаю тебе получить то, что хочешь ты. А ты помогаешь мне получить то, что хочу я.

— Именно поэтому ты со мной спишь?

Полные губы женщины растянулись в коварной усмешке, и она скложила руки на груди.

— Ты хочешь забрать то, чем обладает Асгейр и обладать этим сам. Даже его женой, — синие глаза Асдауг не выражали ничего, кроме злости, что отражалась и на ее лице, но это нисколько не портило ее.

— Так ты решил?

— Да, — Йон усмехнулся. — Мой ответ — да.

Пальцы Хаддинга начали сжиматься сильнее, вырывая из глотки Йона сиплый вздох. Но смотрел призрак прямо на Асгейра, не отводя взгляда, в котором явственно читался призыв уничтожить предателя здесь и сейчас.

За окном разыгралась свирепая буря, заметая снегом дороги и отрезая от мира целые поселения. Погода гневилась, вымещая свою злость в сильном ветре и лютом холоде.

Но внутри небольшой избы было тепло, сухо и уютно. Огонь весело потрескивал в очаге, распространяю тепло и высвечивая две фигуры. Мужчина стоял прислонившись спиной к столу и мрачно смотрел на пламя. Женщина нетерпеливо ходила по комнатке.

— И ты еще сомневаешься?! — Аслауг резко остановилась, от гнева ее ноздри раздулись. — Ты! Т-ты! Трус! Завистливая шелудивая псина! Которая только и может, что облаивать своего хозяина на расстоянии!

Женщину охватывала ярость, мешая видеть, как с каждым словом ее собеседник бледнеет все сильнее, сжимая кулаки.

— Ты не мужчина, Йон! Проваливай к Асгейру! Возможно, он и простит свою собачку, коли она прижмет хвост посильнее!

Последние слова Аслауг проглотила, когда тяжелая ладонь воина ударила ее по щеке, заставляя замолчать.

Асгейру слышал многоголосый шепот, треск огня и звуки грома. Внутри разгорался жар, постепенно прогоняющий промозглый туман, но от этого не становилось легче. От этого вообще никак не становилось.

Он просто был. И Асгейр принимал это как данность.

Услышав громкий крик, один из воинов вздрогнул, выпуская из пальцев стрелу. Она совершила короткий полет и нашла свое пристанище в мальчишке, который подкошенным олененком упал на подтаявший снег, орошая его кровью.

— Эйвинд! — Аслауг рухнула на колени рядом с сыном, поднимая его голову и заглядывая в глаза.

Он еще слабо дышал, но слюна все больше окрашивалась в красный.