Король русалочьего моря

Дед, впрочем, отреагировал на явление с явным — для Исабель — любопытством.

— Это та девочка, о которой вы мне писали? Вилланка?

Исабель не выдержала и уставилась на девчонку, жадно разглядывая каждую деталь — и одежду, в ткани которой было не угадать руки мастера, и странную обувь на явно не деревянной и не кожаной подошве, и алую пентаграмму на груди, которую девочка нервно поглаживала — амулет, должно быть. Девочка ответила ей взглядом исподлобья и снова опустила бедовые черные глаза.

Из-за Завесы! Исабель, конечно же, знала, что подобное случается время от времени, но слышать – это одно, а увидеть урожденную вилланку воочию – совсем другое.

Даже молчаливый Ксандер, выверенно склонивший голову при появлении доньи Инес, с любопытством впился в вилланку взглядом.

— У нее и правда Дар, — заметил дед, разглядывая явленное ему существо с некоторым недоумением. — И должно быть, немалый, раз отправили с ней вас, и сюда.

Донья Инес чуть пожала плечами.

— Так и в кортесах рассудили, но по-моему, тут определенно не скажешь.

Вы же понимаете, в минуту смертельной опасности любой, даже виллан, может вдруг проявить… способность. Это ничего не значит, если это просто спонтанность, случайность.

— Вы не проверяли? — в голосе дона Фернандо скользнуло легкое неодобрение.

— Это сложно проверить, и потом, первый случай был впечатляющим, согласитесь!

— Соглашусь, — кивнул дед.

Исабель глянула снова в сторону вилланки, которая ковыряла носком своего необычного ботинка камень в полу.

Делала она это упорно, камень немного шатался, поэтому ей удалось выковырять немного земли. Вилланы есть вилланы, подумала Исабель — надо же, и тут надо развести грязь.

— И потом, у девочки как раз подходящий возраст, — услышала она голос доньи Инес, снова прислушавшись к разговору.

— И вы решили перенести ответственность и выбор на Лабиринт и Академию? Мысль не худшая, не подумайте, что я смеюсь, это может даже оказаться эффективным.

— Признаться, я не уверена, что она пройдет Испытание в любом случае, — сказала донья Инес доверительно.

— Дети лучших родов не всегда проходит Лабиринт, что уж говорить о вилланах. Дар Даром, но планка Трамонтаны — высшая из всех, и…

— Это непредсказуемо, — осадил коллегу дед, впрочем, чуть улыбнувшись тут же, чтобы показать, что разделяет ее мнение, хоть и должен остеречь от поспешности. Донья Инес вспыхнула и поклонилась, признавая промах. — Впрочем, будем надеяться.

— Будем, — вздохнула советница.