Каледонский Безумец

А она говорила – никому нельзя. А я говорил, что никому нельзя, а мне можно! Почему? Потому что вот так! Можно – и всё тут. Ой, не советую, дружочек. Ты же не хочешь, дотронувшись до меня даже краешком своей силы, обезуметь до срока?

– Морвран, нет! – крикнула Керридвен, и её сын, уже готовый ударить, застыл как вкопанный.

– Вот, правильно, слушайся маму, – меленько захихикал Горбун. – Да вы подходите. Не стесняйтесь. Поговорим напоследок. Вы же потом, поди, в клочья друг друга разорвёте. Ой, а что это за малявки? Да не заслоняй ты их так, малахольная, вижу, что мать.

Я давно не разговаривал с детьми. Кальех же меня так пригвоздила, что вообще не знаю, где был, откуда на мир смотрел. Из изнанки какой-то. Всё пропустил – и как боги появились, и как мир надвое разделили, и как люди стали много о себе мнить. Но это мне же на руку. Какой я молодец, что подвиг их на кровавые жертвы себе! Так и выбрался потихоньку из изнанки мира. И дурачка того с крестиком приманил. Ох, забавный был дурачок! Ой, я вижу, тут такой же есть! Слушайте, а давайте меняться. Пусть этот дурачок обоих детишек мне в жертву заколет. У них же нельзя. А теперь я скажу, и будет можно.

И я взамен подумаю – может, и оставлю вас всех в покое. Мне же всё можно! Да не плачь ты, деточка, всё будет очень быстро.

– Ну, ты! Старикан облезлый! Попробуй только тронь моих детей!

Все разом обернулись. К Кромму двигалась разъярённая Ллейан. Походя она подняла с земли увесистую каменюку и швырнула ею в Горбуна. Метко брошенный камень чавкнул о грудь старика и бесследно пропал в ней.

Ллейан было некогда удивляться, она наклонилась за следующим камнем, но Блехерис, догнав её, буквально повис на запястье.

– О! Какое материнство! И что ты мне сделаешь, маленькая? Кулачками своими нежными поколотишь? – деланно изумился Кромм Дув. – Да и вообще, зачем упираться? Завтра ты сама своих же деток на обед съешь. Слушай! А давай я тебя в жертву себе принесу, раз ты такая бойкая?

Тут Ллейан заслонил Морвран, выросший в размерах где-то вдвое обычного.

Закрыл и Блехериса, и нас с Гвенддид.

– Ох, как интересно! Заодно и пернатого зарежем, – загоготал Горбун.

Впереди Морврана угрожающе выросла Керридвен.

– Ну, а тебе, тётенька, кто поможет? Кому ты тут дорога? – не унимал Кромм своё веселье.

Рядом с Керридвен встал Мананнан.

– А-а-а, должничок, наверное, – зацокал языком Горбун. – И зазноба должничка, – продолжил он, увидев, как к Мананнану приблизилась Бригитта.