Сын Моря, Сын Огня

Лишиться жизни посреди лесной чащи, от рук безымянного дикаря, измазанного чёрной грязью? Как глупо и бездарно могла оборваться жизнь римского магистрата!

Что бы стало с Юлией, получи она известие о его смерти? Неро представил жену, стоящую у ограды дома, — в одиночестве перед всем миром.

Нет, этого нельзя допустить. Нужно выбираться отсюда, возвращаться домой. Не годен Неро для таких походов. Ни в лесу, ни в форте ему не место. Осмысленная жизнь в столице — вот его стихия. Разум, логика, политика. А дикая глушь пусть остаётся Марку и его легиону варваров.

Словно услышав его мысли, подошёл легат Роксолан, держа в руках флягу.

— Вы не ранены?

— Нет, — коротко ответил Неро. Внезапная участливость легата была ему неприятна.

Марк сел рядом и хлебнул из фляги. Протянул Неро, но тот мотнул головой. Марк хлебнул снова и проговорил:

— Надо признать, сегодня нас здорово одурачили. Хитрости германцам не занимать. Как Вам наряд хариев? Находка для ночных засад.

Его непринужденный тон вызвал у Неро лёгкую оторопь.

— Вы что, ими восхищаетесь?

— Отчасти да, — беззаботно ответил легат. — Я давно живу здесь и успел узнать германский народ. Они примитивны, но варварам других краёв во многом дадут фору. Особенно в хитрости. И, пожалуй, в щедрости.

— Весьма странное сочетание, — равнодушно бросил Неро. Он смотрел на тёмную воду за бортом и ждал, пока Марк отстанет.

— И всё же это правда. Когда они принимают гостей, то готовы делиться всем до последней крохи. А если припасы кончатся, германцы просто пойдут в соседний дом, и хозяин накроет такой же щедрый стол, даже если не знаком с гостями.

Это добрая традиция. Мне удалось наблюдать подобное в чертоге конунга Мадальгрима...

Неро оторвал взгляд от реки.

— Вы были в чертоге Мадальгрима? Я считал, что он Ваш враг.

— Он не был моим врагом, — вздохнул Марк, — и я ещё надеюсь, он им не станет. Но когда я был его гостем, он был щедрым хозяином.

Марк продолжал рассказ о своих сытых и пьяных гостинах у германского конунга, а Неро напряжённо думал.

Римский легат проводит время с дикарями, ест и пьёт с ними за одним столом, а потом предлагает поделиться с ними землёй. Что же — германцы и сами не прочь погулять по римской земле. Прирезав пару солдат. Достаточно фактов, чтобы объявить легата Роксолана безумцем и изменником? Трибун Квинт всё подтвердит. И трибун Сципион подтвердит. Осталось Неро подготовить правильное письмо. А там пускай действует почтенный сенатор Умбрас.