Фея и герцог

Я, озадаченно склонив голову к плечу, подождала несколько секунд, после чего бросилась в спальню за колокольчиком для вызова горничной и брошенному на кровати платью.

Куда бы Даниэль ни торопился, я не собиралась отпускать его одного.

Глава 13

— Пряники! Свежие тундурские пряники!

— Пироги! Мясные пироги, пирожки, рогалики с вареньем!

Извилистая дорожка через небольшой рынок буквально ломилась от скопления лотков и снующих туда-сюда людей с нелюдями. Повсюду распространялся запах выпечки вперемешку с ароматами костра.

Металлические носильщики, чьи стеклянные глаза размером с монету горели мистическим светом, скрипели и гудели от перегрева конструкции. Как сказал Платошка, переводящий мне летящие отовсюду фразы, топливо в этих штуках замерзало на холоде. Поэтому их постоянно подпитывали теплом.

Кто-то использовал специальные кристаллы, а кто-то жег всякий мусор внутри ходячей конструкции. Подобное кощунство имело последствия: копоть оседала на стенках и портила механизмы. Но другого варианта для тех, кто не имел возможности купить энергетические минералы, не было.

А огненные саламандры в Ровении не водились.

— Мы называем их «автоматы», — проговорил Платошка, уверенно ведя меня по следу Даниэля. Его черное пальто то и дело мелькало в толпе, поэтому я спокойно шла за своим сопровождающим.

— Автоматы?

— Да. Их делают на фабрике в Тобольской губернии и под Петрографом. Сначала изобрели для императорского двора, а потом пустили в массовое производство.

— А ты неплохо разбираешься в этом деле, да?

Платошка замер, когда Даниэль вдруг остановился посреди дороги.

С рынка мы вышли на одну из шумных улиц, по которой вовсю рассекали дилижансы и экипажи. Когда он повернул голову, мы спрятались за ближайшей паровой повозкой.

Несколько минут растерянный Даниэль вглядывался в людей и нелюдей, которые спешили по своим делам. После чего поправил цилиндр и двинулся дальше.

— Я работал на одной из фабрик, — продолжил Платошка и поманил за собой. — Наш мастер, Федор Семенович Бурцын, проходил обучение у самого Уильяма Маккертона.

А отдельные наработки уважаемый господин создал специально для будущего императора Павла. Позже они перешли к его сыну.

Услышав имя знаменитого изобретателя, я растерялась и едва не упустила из виду Даниэля. Невольно вспомнился Алибарди, который показал мне катушку Маккертона для работы силового купола цирка и назвал ее фактическим аналогом «вечного двигателя».

«Гениальная вещичка, Морриган.