Тихие воды

– Эй, говорят, за яткой у моста был призовой билет? – окликнули кого-то сзади, но в ответ спрошенный огрызнулся:

– Мне-то что? Хоть бы там корову выиграли – меня не касается.

«Да это же мой Ханзе».

– И ты здесь?

– Все гуляют, чем я хуже? – Ханзе не по-праздничному вяло улыбнулся.

– Похоже, землемер и лодочник сегодня отдыхают.

– Точно. Раньше понедельника дела от них ждать напрасно.

– Будут девки с каменного дома, весь табун! – заорали в стороне; общество оживилось, а Ханзе плюнул:

– Ведь и здесь побоище устроят!.

. Им что, мало?

– Таков наш добрый немецкий обычай – петь, пить и морды бить, – авторитетно изрёк Отти и подумал: «Вот я и попал в народное веселье. Пара миль гимнастическим шагом лучше, чем застолье торгашей и танцы с девками. А если на финише ждёт Нада, то и бегом не устанешь».

– Ещё морлашские обычаи увидите, – посулил Ханзе, – под стать немецким. Сами разберётесь, чьи хуже. Господские столы – вон там, а мне с приказчиками.

Выстроились и запели детки:

Готовый к миру и к войне

Крестьян и герцога союз

Хранит в славянской глубине

Завет немецких прочных уз!

Гимн воодушевлял.

Кайзеру – хох! Герцогу – хох! Нам самим – троекратное хох! Под аплодисменты и крики «Ура!» деток быстренько проводили, наградив пряниками, поскольку пришло время шнапса, шпика и сарделек.

Особняком, но не выбиваясь из застольного единства, располагались морлахи с седовласым Ермагором – дюжины две. Прислуживали им девицы, одетые на манер Нады, тоже в алых головных платках, но эти ещё носили спереди и сзади плотные тёмно-синие фартуки с вышивкой.

«Ловицы» из Митровичей среди девушек не было.

Соседями Отти оказались сефарды в фесках. Ему тотчас предложили эмигрировать в Америку на пароходе, первым классом.

– Самое выгодное предложение, герр инженер! Ну что вам тут делать? Все уже наслышаны – вы собрались устроить водяное колесо со штанговыми передачами, но это ж пятнадцатый век, это музей и курам на смех. А за океаном бум, там нефть фонтаном, умные люди наживают доллары сто к одному.

Вплоть до того, что доверительно шепнули:

– Прямо отсюда довезём в Триест. Есть человечек, вы ему мигнёте – мигом обладит, так доставит, что никто и не заметит, как вы выехали…

Озадаченный, он обещал подумать и встал от стола – размять ноги.

Тем временем зажгли факелы, осветив пространство около столов. Публика уже разогрелась, и под гармонь начались танцы – знакомое Отти скакание, кружение юбками, прыжки, пристукиванье каблуками и задорный девичий визг.