Путешествие в поисках чудес

Но в ее глазах стояла чистая, спокойная и холодная ненависть, истинное чувство, которое как перед богом обещало, что при первой же верной возможности фрау Марта жить не будет.

— Извините ради бога, — сказала хозяйка, вернувшись к столу. — Неладное что-то с ней творится. Всякий раз после выходного она как не в себе. Я ж не слежу, куда она после службы ходит, на то и выходной. Я уж думала, может, она гуляет с парнем, может, беременна. К врачу ее водила. Ничего подобного, она даже девственницей оказалась.

Ума не приложу, что с ней делать. Если за ум не возьмется, так придется выгнать. И куда она пойдет? Родни у нее нет. В любом месте ей только хуже будет. Да и мне новую прислугу к делу приставить сколько сил надо. Эта хоть знает, где что лежит.

— Может, у нее уже есть место на примете?

— Так почему прямо не сказать? К чему дурня праздновать? К тому же во вторник она вроде обратно в себя входит.

Меркатор промокнул губы салфеткой, до сих пор он в разговоре не участвовал, однако азарт в нем так и полыхал:

— Как вы думаете, Теофраст, не сходить ли нам в будущее воскресенье в церковь? К Николаю, разумеется.

— О, конечно, непременно сходим. А пока, мадам, может быть, вы знаете мельника с Темного ручья? Нам сказали, он немец, возможно, вы бываете в одной церкви? Ну того, у которого четыре дочери.

Фрау Марта посмотрела на Багателя с искренним недоумением.

— Не пойму, о ком вы говорите.

Мельника с Темного ручья я знаю, правда, понаслышке, зовут его Иоганн, но у него нет дочерей. Он и женат-то никогда не был. Сколько сказывали, на том ручье всегда бобыль живет, и до Иоганна так было, и еще раньше. Потому и судачат: мельница не по наследству переходит, а в завещании отписывается. Но про то, что у него дочери — впервые слышу. Это вам что-то неправильно передали.

Багатель смиренно согласился с тем, что он, верно, перепутал и мельника, и мельницу, и ручей, сердечно поблагодарил фрау Магду за завтрак и заторопился в путь: на площади за углом их ждал Андраш, с которым они сговорились поехать на Темный ручей.

Выехали за город, день наливался жаром, на пыльной дороге пришлось обгонять множество крестьян с осликами, запряженными в тележки или нагруженными плетеными корзинами: рано поутру они свезли свой урожай в город на продажу, а теперь возвращались домой.