Банановое убийство. Клубничное убийство

Майя все это время молча сидела в кресле, стараясь не подавать признаков жизни, – понять, доволен шеф ее работой или нет, она так и не смогла.

Что же касается Сильвестра, то сбивчивый и местами противоречивый, однако эмоциональный и достаточно информативный доклад помощницы заставил его серьезно задуматься.

Версию о случайной гибели слесаря-универсала он отмел сразу. Такие совпадения бывают только в кино, и то когда сценарист ленив и бездарен. Единственный возможный свидетель умирает буквально через несколько дней – ха-ха! И снова бананы! Да еще книга с подходящим именем автора.

Тропический фрукт в качестве декоративного элемента каждой из смертей – случайность? Нет, слишком бросается в глаза. Особенно у Южина. Но что это означает? Визитная карточка преступника? Типа «Черная кошка»?

Несчастный случай с Южиным все же мог бы остаться для Бессонова таковым, если бы не вызывающе кричащая банановая тема. Преступник бравирует, издевается, рискует, но зачем? Кто он – маньяк, параноик или, напротив, холодный и расчетливый ум, выстраивающий свою, пока неведомую Сильвестру тонкую игру.

В какой-то момент мелькнула мысль – а если преступник узнал о расследовании, которое затеяли сыщики-любители, и демонстративно вмешался, устроив Бессонову весь этот криминальный мастер-класс?

«Посмотрим, – разозлился он. – Это мы еще посмотрим. Если со мной хотят поиграться, то я не против. – И мысленно обратился к неведомому противнику: – Не обижайся, дружок, но в конце игры я постараюсь сделать так, чтобы ты подавился своими бананами».

Вслух он, естественно, ничего такого не сказал, а лишь промолвил, пристально глядя Майе в глаза:

– Это вызов, и мы принимаем его. Готовься, будут сражения.

– Я готова, – бодро откликнулась Майя, но внутри у нее все сжалось: таким жестким и решительным своего шефа она еще не видела.

* * *

Звонок Бессонова застал Тоню врасплох – она собралась немного развеяться и хоть ненадолго забыть печальные события последних дней.

И удивилась, когда Сильвестр попросил у нее ключи от квартиры Андрея.

Любое напоминание о существовании этой квартиры теперь вызывало у нее лишь отвращение. Ее и так следователь измучил вопросами и намеками – уж не пришила ли она своего любвеобильного и щедрого жениха из-за жилплощади.

Ситуация действительно была более чем странная.