Шаг в новый мир

Задание придётся в следующий раз выполнить.

Разговаривать на ходу было трудно, но я всё же сказала Ефиму, как мы благодарны ему за спасение. Ведь шанса выбраться самим у нас почти не было. Мы же хотели уходить поверху, но Ефим подтвердил слова Анны, что мы бы там не прошли. Тропа узкая и без снаряжения некоторые участки не преодолеть. А мы вообще в платьях.

За всё время нашего разговора, Анна, по-прежнему, не издала ни звука. И если бы я, оборачиваясь время от времени, не видела бы её склонённую макушку, то подумала бы, что её нет с нами.

Наконец, мы вышли к большой круглой пещере с высоким сводом, от которой в разные стороны отходили лучи-штольни. Ефим остановился и сказал:

– Здесь сейчас отдохнём и поговорим.

Мы отошли в сторону и обнаружили у стены каменные скамьи и каменный же стол. В самой стене была выдолблена ниша с полками, на которых стояла посуда и горшочки с крупами.

– Ручей там, – махнул Ефим в сторону совсем низкого лаза, – удобства там же чуть в стороне, увидите.

Мы с Анной молча отправились к ручью. Мне стало странно, что она всё время молчит, но вопросов задавать не стала. В стороне от ручья, действительно были удобства: я про себя усмехнулась: экстремальные, однако. Через щель в скале были просто перекинуты доски с дырками. Пользуйся, кто смелый. Но деваться некуда – воспользовались. И Анна тоже, хотя я видела, как она побелела. Потом умылись, и мой нетерпеливый характер, всё же вылез:

– Скажи, Анна, почему ты молчишь?

– Ты на самом деле не понимаешь? – с прищуром посмотрела она на меня.

Я недоумённо пожала плечами, и она нехотя ответила:

– У нас редко кто видит домовых. Такие люди считаются особенными. Сами домовые могут показываться людям по желанию и в исключительных случаях. Ты же сейчас всю дорогу разговариваешь с существом, которого я не вижу, разговариваешь так, будто это твой дядюшка или старый знакомый. Благодаря тебе, нас без всяких проблем забрали от преступников, у которых я провела больше недели.

Я опять пожала плечами. Я ничего особенного в ситуации не видела. Да, вижу, ну и что? Да, разговариваю, а что мне, молча идти? Я не смогу, когда мне что-то интересно, я прямо болтушкой становлюсь, пока всё не выясню. Но высказывать ей я ничего не стала, а предложила осмотреть её рану. Рана была интересная.