На далёких берегах России

«Аина, вот кто моя жена», – пронеслось в голове, и он, взяв её на руки, бережно понёс на широкую лавку, кстати, уже постеленную.

Пётр посмотрел на икону Спасителя, подсвеченную лампадкой, и погрузился в роскошное тело девушки. Ночь была бурной, полной страстей и, вконец усталая Аина в изнеможении заснула. Сладко посапывая, она, как ребёнок надула губки и улыбалась во сне, а Петру не спалось. Его сердце отчаянно билось, душа пела. Он тихонько встал и, перекрестившись на икону, вышел во двор. Занимался бледный рассвет и он, раскинув руки, закричал:

– Я нашёл пристанище своему сердцу!

Собаки во дворе залаяли, он смутился и пошёл спать.

А в Енисейске было неспокойно, кругом волнения, которые нужно унимать. Ясак был скудный. Воевода забеспокоился и, собрав совет в приказной избе, начал объявил:

– Надобно искать новые пушные места для государевой казны, пусть даже далёкие, и нам предписано идти в Восточное Забайкалье.

– Где такая земля?

– Забайкалье, это земля от Байкала до реки Амура, разделена Яблоновым хребтом

на две части – Западное и Восточное, где живут племена бурятских народов.

Это баргуты, баяуты, хори, эрэхиты и другие, всех не упомнишь, – объяснил воевода.

– Значит в Восточное Забайкалье идтить, а кому? – заговорили казаки.

Воевода сразу обратился к Бекетову:

– Тебе Пётр, велю идти в поход к Забайкальским бурятам. Сбирайся!

Сборы были недолги, и отряд Бекетова из Енисейска выступил в поход за ясаком к забайкальским бурятам.

Близь устья реки Селеги, Бекетов заложил острожек Усть-Прорва. Затем пошёл вверх по Селенге, и далее поднялся по реке Хилку до озера Иргень, где основал острог Иргенский, над дверью которого вырубил «1653 год». Глубокой осенью, перевалив Яблоновый хребет, отряд из 53 человек спустился в долину реки Ингоды. Кстати, этот путь Бекетова стал частью будущего Сибирского тракта.

Грянули морозы, и так как река Ингода встала, Бекетов решил зимовать и срубил Ингодинское зимовье.

Это в районе нынешней Читы. Оставив часть казаков в зимовье, Бекетов ушёл зимовать в Иргенский острог, и велел Максиму Урасову и Андрею Селезнёву с 10-ю казаками на конях отправиться на реку Нерча. Отправляя в поход Максима Уразова, Бекетов говорил ему:

– Теперь Максимка, слава воина-первооткрывателя у тебя в руках. Иди и завоюй новую землю!

– Не подведу, – ответил Урасов, – Не сумлевайся.

И Максим Урасов прославился.