Навстречу Мэй

Весь образ этого жилища никогда не укладывался в голове Тайлера. Он вызывал в нем тошноту и неприятие. Но все сомнения улетучивались, когда он видел сияющее лицо Люсиль, как и в тот самый вечер. Она появилась в спальне, модельно вышагивая в сторону Тайлера на высоких каблуках, в коротком красном платье с бантом впереди и приподнимающим пышную грудь декольте. Она остановилась перед ним, томно посмотрев из-под густых черных ресниц, и, повернувшись боком, кокетливо приподняла плечо, наигранно приоткрыв пухлые губы.

Тайлер расстегнул рубашку и притянул к себе за талию Люсиль.

Глава 2

Элва выглядела еще выше, красивее и элегантнее, чем Зак мог ее припомнить. Медные, тугие локоны красиво спадали с ее гордо расправленных, изящных плеч. На ней было длинное, подчеркивающее стройную фигуру, изумрудное платье. В ее темно-зеленых глазах читалась насмешка.

– Худший фильм, худший режиссер, худший сценарий. Хорошо, что ты еще сам не стал в нем играть, а то бы еще заполучил титул худшего актера, – произнесла Элва, и в ее взгляде насмешка сменилась на отвращение. – Но тем не менее, ты додумался нанять играть в нем бездарей, чтобы они до конца обезобразили твое творение. Зачем, Зак? Я не понимаю, зачем ты это сделал? Все то же тщеславие? Но, может теперь, ты одумаешься и займешься наконец чем-то стоящим?

Она встряхнула перед ним газетой.

– Ты опозорил не только себя и семью, но испортил репутацию своей дочери как начинающего сценариста. Представляешь, какое пятно теперь на ее карьере? Ты о ней подумал, когда отправлялся на эту очередную авантюру? Очередную прихоть человека, которого ничего не интересует, кроме него самого.

Она отвернулась к окну, и мягкие лучи солнца осветили ее нежный профиль. Злость не портила ее одухотворенного красивого лица, а лишь придавала ей терпкости, словно выдержанному дорогому вину.

– И действительно, когда ты о ком-либо думал? – продолжила она. – Кроме себя. Я ухожу, Зак.

Она замолчала, и в ее позе можно было уловить ожидание. Как будто она хотела, чтобы он что-то сказал в свое оправдание, чтобы остановил ее. А возможно, даже схватил за плечи и прижал к стене, чтобы она наконец замолчала и сдалась.

Но Зак молчал и не шевелился. Раздражение, смешанное со стыдом, не давало ему выдавить из себя ни слова.