Горькое логово

Потому что… Ну, мы с тобой… Я… То есть мы со зверюгой – это ведь твое продолжение.

– …Ты правда это понимаешь?

– Скорей, чувствую.

– Так даже лучше, – хмуро кивнул Ярун. – А что ты о нашем родстве – думаешь?

Сташка уткнулся в него лбом, потому что обнять боялся. Ярун погладил по спине и попросил:

– Говори давай. А то сил нет тебе в глаза смотреть.

– Ты даешь имя, но не называешь сыном, хотя когда-то я рожден от тебя. Это, наверное, потому, что у меня эта …Всезнающая звездная зверюга внутри… которая, чуть что, огрызается…

– Нет, – улыбнулся Ярун.

 – Зверюгу я тоже люблю.

– Тогда… Дай подумать… Чего бы проще: отец и сын…Ты ждешь, чтоб я сначала что-то вспомнил? Мы ведь волочим за собой столько всего прежнего. Наверное, плохого тоже много было. Я чувствую вину.

– Не ты один. Подними глаза. Ну, Сташек!

Сташка послушался. Посмотрел в глаза: сколько тревоги! Скорей сказал:

– Только когда я буду все помнить и понимать, да? Яр? Да? Тогда только ты меня сыночком назовешь?

– Если ты сам назовешь меня отцом несмотря на все, что вспомнишь, – Ярун поставил Сташку на ноги.

 – Зараза упрямая. Знаешь, какая у нас тобой первая самая главная цель? Да чтоб ты уцелел в конце концов, чудовище. Чтоб перешагнул порог и жил дальше. Я ни во что тебя посвящать не буду, пока ты этого не сделаешь.

– …Яр. А что… Я еще никогда… Никогда не вырастал?

– Сам же чувствуешь… Сташка. Доверься мне. Тебе необходимо быть ребенком. Играть.

Окрепнуть. Еще поумнеть. Накопить побольше силы жизни. Чтоб все время очень-очень хотел жить. Понятно?

В настоящем, а не парадном кабинете Яруна было светлее, чем в любой из комнат дворца, потому что стены были не черными, а серебристо-светящимися. И огромное окно, и мальчик каменный в углу – Сташка узнал эту комнату. Он здесь был в первый день, когда ослепительно сияло за окном солнце. И когда-то очень-очень давно раньше. Теперь за окном снег. Одну стену в кабинете занимал огромный, пугающе сложный терминал, тихонько мурлыкавший.

Ярун, приложив ладонь к сенсору, включил большой пульт. Усмехнулся:

– Терминал – как пульт управления крейсером. На самом деле – Империей. Понимаешь меня? – он глянул на Сташку. – И никто другой не может тут работать. Кроме тебя. Иди сюда… Приложи ладошку.

Хотя сенсор на ощупь был холодным, от него шло тепло. Терминал пиликнул. Ярун похлопал Сташку по лопаткам:

– Все, признал.