Ладья у переправы

Только знай, не скроет от меня

Глаз твоих коварное искусство

Чистоту любовного огня,

Свет всепоглощающего чувства…

О юность, не спеши, повремени…

О юность, не спеши, повремени…

Зачем так быстротечны жизни дни?

Как сердца стук, как пыль на зеркалах,

Как двор пустой, пред тёмной ночью страх;

Как тусклый день, который прожит зря,

Как солнце на исходе января,

Что шлёт на землю одинокий луч;

Как Индра-громовержец в сонме туч.

Как давит горло спазм от горьких слёз,

Как лотос бьётся трепетно в мороз;

Как недопетый, горестный мотив, –

Так я, в бессилье плечи обхватив,

Хочу вернуть ушедшую любовь…

А губы повторяют вновь и вновь:

«О юность, не спеши, повремени!.

Зачем так быстротечны жизни дни?»

Стена

Среди ночи пробудилась

От лихого сна:

Этой ночью мне приснилась

Чёрная стена.

Словно памятник надгробный –

Строки чередой.

В них идёт рассказ подробный

Жизни прожитой.

Будто летний день, промчались

Детские года.

В смутной памяти остались

Голод и нужда.

Благородные стремленья,

Тщетные мечты,

И недолгое цветенье

Юной красоты…

А потом тоска, усталость

От попрёков злых

И, как страшный призрак, – старость…

Как уйти от них?

Верю я, настанет время,

Сгинет зло во мгле.

Новое родится племя

На родной земле.

И когда окрепнут всходы

Добрых перемен,

Сокрушит заря свободы

Тени чёрных стен…

Комната одиночества

Мы в эту комнату, друзья,

Пришли сегодня не случайно:

Волнует нас необычайно

Вопрос насущный бытия.

Сыны и дочери Пророка!

Послушайте рассказ о том,

Как под солдатским башмаком

Лежит в крови земля Востока;

Как угнетатели и воры

Победу празднуют в стране.

Ликуют с ними наравне

Кровавых генералов своры…

Над обществом больным нависли

Тяжёлый смрад и духота,

И подступает тошнота

От безысходной, горькой мысли…

А где-то молнии блестят,

Доносятся раскаты грома.

О чём-то новом, незнакомом

Угрюмо улицы молчат…

Всё вроде выглядит привычно:

Святоши, будто напоказ,

По пять раз в день творят намаз

И в Мекку ходят, как обычно.

Но под знакомою личиной

Уж нет ни веры, ни добра,

Лишь звон призывный серебра,

Обогащенья дух звериный.