Врата Ангдора. Пастух стада драконьего

Красивее мужчины я в жизни не видала!

Старуха мечтательно закатила глаза, тряхнула цепью. Та прошлась по платью, словно плуг по полю, и подол отвалился, обнажив костлявые ноги бывшей красавицы. Эргу чуть не стошнило.

– …Что молчишь? Язык на радостях отнялся? – старуха стыдливо прикрылась длинными седыми космами. – Наверное, и мечтать о таком мече не смел, – она ухмыльнулась. – То-то же! Жениться он не собирается!

Эрга рассмеялся.

– Всё, о чём я мечтаю, бабуля, – это вороной жеребец Тигур из дворцовой конюшни.

Лучше его только Бербек хана Улуса. И ещё лук-самострел, который недавно изобрёл наш оружейный мастер. Он в минуту выпускает сотню стрел. Меч! Нашли, чем удивить!

Старуха с подозрением оглядела его.

– Какой жеребец?! Какой лук-самострел?! Ты, случаем, не умом тронутый? А то тут разные приходили – золото вымершего народа умачи искали. Да только Гонго никого и близко к городу Нар-Оргиру не подпустит, на то он и дух Лабиринта, – старуха пожевала отвислую губу. – Меч обагрён кровью драконьего короля, ни живое против него не устоит, ни мёртвое.

Один король, один меч. Подойди ко мне, поговорить с тобой хочу. А кинжалишко-то свой убогий спрячь, не помощник он тебе со мною.

– Где человек, который только что вошёл сюда? Что вы с ними сделали? – Эрга стиснул рукоять кинжала. – Скажете, тогда поговорим.

Старуха усмехнулась и швырнула вниз одно из своих поблёкших перьев. Когда оно коснулось моста, у подножия скалы появились два пустых трона., паривших прямо над объятым пламенем озером.

На однои из них, безмятежно развалившись, спал Хела. У тронов не было подлокотников, одно неосторожное движение и…

– Ты спросил, я ответила, – послышался вкрадчивый голос старухи. – Очередь за тобой.

Эрга помедлил прежде, чем ступить на мост.

– Не пущу! – снова завопил ворон.

Эрга почувствовал, как тот вцепился в подол его кафтана и с силой разъярённого мамука тянет назад.

Вдруг мёртвая хватка ворона ослабла, и мгновение спустя из-за спины Эрги вылетело что-то чёрное, хрипящее и болтавшееся вниз головой.

Длинная красная борода моталась из стороны в сторону, как метёлка. Кто-то подвесил ворона за одну лапу на невидимой верёвке, потому что беднягу потащило к подножию скалы, словно мешок с картофелем. Тот отчаянно барахтался в воздухе, а потом, уснув и безвольно поникнув, камнем упал вниз и распластался на пустующем троне.

Было в безмятежности спавших что-то знакомое, пугающее.

Ноги сами понесли Эргу к подножию скалы.