Савитри

Как будто детский пальчик, коснувшийся щеки,

Напомнил о постоянной потребности в еде

Вселенской Матери, внимание к ребенку потерявшей;

Простор угрюмый охватило страстное желание младенца.

Вот, незаметно где-то была пробита брешь:

55. Трепещущая линия одна, большая,

Как смутная улыбка, влекущая заброшенное сердце,

Тревожила далекий край туманного сна жизни.

С другого края беспредельности прибыв,

Глаз божества проглядывал из тех немых глубин;

60. Посланником от солнца, казался он

Средь плотного вселенского покоя,

Скучающего мира и оцепенения застоя;

Пришел искать он дух покинутый и одинокий,

Упавший слишком низко, чтобы вспомнить забытое блаженство.

65. И вклиниваясь в космос, лишенный разума,

Его послание проползло сквозь тишь глухую,

Взывая к приключению сознания и к радости,

И, покорив разочарованную душу самой Природы,

Принудило добиться вновь согласья осязать и видеть.

70. В беззвучной Пустоте была посеяна надежда

И чувство рождено в глубинах темноты,

И в сердце Времени затрепетала память,

Как если б душу, что давно мертва, подвигли к жизни:

Но то забвение, которое приходит вслед падению,

75.

И нужно было всё разрушенное воссоздать,

И скрупулезно проработать старый опыт ещё раз.

Всё можно сделать, если есть прикосновенье бога.

Надежда проскользнула там, где не осмеливалась быть,

80. Среди покинутого безразличья Ночи.

И как просящий милостыню во враждебном мире,

Осиротелый, изгнанный отыскивать пристанище,

С изяществом рисковым, инстинктивным,

Как странствующее чудо без собственного места жизни,

85.

Неясный зов неспешного чудесного движенья.

Настойчивая дрожь творящего прикосновенья

Уговорила темное, инертное спокойствие,

И красота, и чудо разбередили божьи небеса.

90. Блуждающая длань неяркого чарующего света,

Что озарила блеклый край мгновенья,

Пометила там раму золотую с мерцающим на ней шарниром

На приоткрытых на границе тайны вратах мечтаний.

Один сверкающий просвет, раскрывший спрятанную суть,

95. Заставил различить завуалированную необъятность мира.

Тьма пала, соскользнув, словно покров, спадающий

С лежащего под нею тела бога.

Затем сквозь бледный крошечный разрыв, казавшийся сначала

Едва достаточным для струйки крохотной, от солнц идущей,

100. Излилось откровение и пламя.