Майский цветок

Лодка, дававшая имъ уб?жище, служила имъ какъ бы обсерваторiей, откуда он?, въ качеств? строгихъ судей, наблюдали за вс?мъ, что происходило въ двухъ родственныхъ семьяхъ.

– Мужчины! вотъ ужъ настоящiе гады! – Синья Тона произносила это, искоса поглядывая на портретъ стражника, какъ бы царившiй въ кухн?. – Да, вс? мужчины – подлецы, которыхъ стоило бы пов?сить, да жалко веревки!

А Росета, съ яснымъ взоромъ своихъ прозрачныхъ и большихъ зеленыхъ глазъ, одноцв?тныхъ съ моремъ, взглядомъ д?вы, которая все знаетъ и уже ни передъ ч?мъ не ужасается, отв?чала тихо и задумчиво:

– Кто изъ нихъ не подлецъ, тотъ дуракъ, какъ у насъ Ректоръ.

III

Хотя день былъ зимнiй, солнце жгло такъ сильно, что Ректоръ и Антонiо на взморь? забрались въ т?нь старой лодки, лежавшей на песк?: «усп?ютъ еще спалить себ? кожу, когда выйдутъ въ море».

Они бес?довали медленно, точно усыпляемые блескомъ и зноемъ взморья. Какой роскошный день! He в?рилось, что приближалась Страстная нед?ля, пора внезапныхъ дождей и вихрей.

Небо, залитое св?томъ, казалось б?ловатымъ; серебряные обрывки облаковъ плыли по небу, какъ прихотливо брошенные клочья п?ны; а съ нагр?таго моря поднимался влажный туманъ, который обволакивалъ дальнiе предметы и д?лалъ ихъ очертанiя дрожащими.

Взморье отдыхало. Бычiй Дворъ, гд?, въ стойлахъ, пережевывали жвачку громадные волы, употребляемые для выволакиванiя лодокъ изъ воды, своею красною крышею и массивностью квадратной постройки съ синими рамками входовъ господствовалъ надъ длинными рядами вытащенныхъ лодокъ, изъ которыхъ на берегу составился ц?лый городъ съ улицами и переулками, н?что врод? лагеря грековъ героическаго перiода, – т?хъ временъ, когда биремы служили воинамъ вм?сто окоповъ.

Латинскiя мачты, грацiозно склоненныя къ кормамъ, своими толстыми, тупыми концами напоминали копья, лишенныя наконечниковъ; просмоленные канаты, перекрещиваясь, казались лiанами въ этомъ л?су мачтъ; подъ защитой тяжелыхъ парусовъ, въ вид? палатокъ расположенныхъ на палубахъ, возилось ц?лое населенiе людей-амфибiй, съ красными, голыми ногами и въ шапкахъ, нахлобученныхъ до ушей: кто чинилъ с?ти, кто м?шалъ въ жаровн?, на которой кип?ла вкусная уха; а въ жгучемъ песк? тонули пузатыя ладьи, окрашенныя въ б?лую или синюю краску и похожiя на брюха морскихъ чудовищъ, сладострастно растянувшихся на солнц?.