Башни в огне

Он собирался подать решающий сигнал самолично.

Каллиопа напряглась. И напряглись все. Напряжёние было настолько сильным, что казалось, будто воздух трепещет.

Даже если ничего не получится с зеркалами – сегодня они победят. Просто бросятся всей толпой – и победят, не считаясь с потрерями.. Они же заготовили осадные лестницы…

Синий луч упёрся прямо в запертые ворота. Поднялся повыше, чтобы не отражаться на шляпках медных гвоздей.

Снова гул. Почти бесшумно повернулись два оставшихся зеркала – опорные оси были смазаны нефтью.

Луч по прежнему буравил камни башни. На первый взгляд ничего не происходило. Только слабый дымок поднимался от стены. И этот дымок становился всё гуще…

Башня лопнула за одно мгновение, словно спелое яблоко под конским копытом. Камни и куски глины полетели во все стороны, открывая охваченное пламенем нутро, где метались защитники, превратившись в живые факела. Одни пытались броситься в город – но двери уже заперли и подпёрли с другой стороны.

От этого зрелища обомлели даже бывалые лучники. А в следующее мгновение они опомнились и стрелы запели, поражая обожжёных защитников.

Послышались крики, что-то задвигалось на стенах. Похоже, это разбегались городские лучники. Конники не обращали на них внимания.

Наконец, движение затихли. Башня продолжала тлеть, внутри обваливались перегородки. Защитники лежали на полу и на земле у подножья, всё мёртвые.

Луч снова стал синим. Дёргаясь, он полз по стене, словно выискивал новую жертву.

Каллиопа с трудом отвела взгляд и выдохнула. Потом, словно в трансе, стала карабкаться к царскому шатру.

Палак стоял на пороге, хмурый и удивительно молодой. Рог лежал на сложенных руках, похожий на худенькую молочно-белую кошку. Только сейчас Каллиопа заметила, что в походе царь таврийских скифов не отличался от своих дружинников даже одеждой – только чаша на поясе и рукоять кнута были позолоченые.

– Чего тебе, Каллиопа?– спросил он.

Царь помнил её имя! Это было так приятно…

– Я подошла спросить,– девушка сглотнула,– нет ли для меня посланий или распоряжений?

– Скажи Гиппасу, пусть уничтожит все башни,– произнёс Палак,– Мне надо получше разглядеть, как работает луч. А ещё – мне нравится, как они разрушаются. Прекрасное зрелище!

17

Все башни в городской стене Калимены чуть-чуть, но отличались друг от друга.