Проклятие чёрного единорога. Часть III

Паника, охватившая округу, оглушила чародейку. Но именно туда, в тёмные дебри ускользали нити бешеницы, а значит, и след разбойников.

Высказав в ревущую метель всё, что она думает о Фьёр, Дженна направилась за подругой.

– Баю-баю, баю-бай, глазки, кроха, закрывай, – напевала женщина в соседней комнате. – Слышишь шорох за стеной и протяжный страшный вой? Это волки под окном, не пускай их, кроха, в дом…

Проникнуть в комнату оказалось проще, чем он думал. Оба постояльца покинули жилище, и он готов был поспорить, что надолго.

Дух чернявого колдуна доносился с другого этажа – пряный и резкий дух неведомого хищника. Прислушавшись, юноша нашёл и мягкий, цветочный аромат его юной ученицы.

Разбойник приблизился к седельным сумкам и грубо вытряхнул содержимое одного из мешков. На пол упали связки бус и лент, деревянный гребень и старенькое зеркальце в золотистой костяной оправе. Среди прочего девичьего барахла он нашёл и то, за чем пришёл сюда…

Еван оскалился и тихо зарычал, сжимая в руке ожерелье из волчьих зубов.

– Ты ответишь за всё, лисья сучка… – пообещал он.

Полная луна пропала за пеленой метели. С одной стороны буря лишила хищников питающего их безумство светила, но с другой – мешала и охотникам на чудищ. Мечущийся ветер играл со звуками, а поднимаемый им снег застилал глаза. Но одно было ясно: проклятые находились где-то рядом – надрывный вой звучал всё ближе.

Ведьмаки перебрались через белую равнину замёрзшего озера и остановились под деревьями.

Скальные выступы, поднимающиеся между елей, защищали их спины, а густая хвоя сдерживала нападки зимней стихии.

– Подождём тварей здесь, – перекрикивая пургу, сообщил Палош.

Под деревьями было куда меньше снега. Охотники сняли снегоступы и, обнажив мечи, приготовились к бою.

Ветер снова изменился. Его порывы принесли запах врага, и Рыжий тихо зарычал. Спустя некоторое время со стороны пруда показались рослые тени. Одна, две, четыре, пять…

– Великий Зоар, почему их так много? – охнул Палош.

 – Во что же я втянул тебя, девочка моя…

– Это наш путь, – губы Иарны дрожали, но в голосе сталью звенела решимость. – Наш. Твой и мой.

Дженна не могла долго удерживать волшебное ви?дение; и без того превысив свои возможности, девушка упустила витали бешеницы. Зато обыкновенному зрению открылись другие следы: параллельно магическим нитям вдоль сугробов темнела вереница глубоких провалов, запорошенных снегом.