Амулет мертвеца (рабочее)

- Ладно, - Даша чмокнула его в прохладную щеку, и они с Майей сели в синий БМВ. Майя демонстративно подождала, пока та пристегнется.

БМВ рыкнул и унесся, оставляя слабую бензиновую гарь.

- Фу, - сказал экологичный Аренк, - ну и воняет. Убожество. Колымага самоходная, век девятнадцатый, фатер и муттер Бенцы. - Его красное экочудо мигнуло белым светом фар на другой стороне дороги.

- Так… к двум после полудня жду у себя, дома. Адрес помнишь? - сказал Ольгер.

- Само собой, - Данил включил свой электроцикл и снял с ручки газа-ускорителя черный с золотом шлем, получше закрепил белый на задней подушке.

И что Майя задумала? Но с ней о Даше он не беспокоился, это точно.

В маленькой незнакомой кофейне пахло корицей и кардамоном. Никого больше не было в интерьере с расставленными по полочкам на беленых стенах тонконосыми бронзовыми кофейниками и медными турецкими джезвами. Они присели по сторонам круглого черного столика в низкие бархатные креслица. Майю бородатый смуглый бариста солидных лет, в белом бурнусе, обслуживал как правоверный туг богиню смерти, молчаливо и истово.

Она взяла крепкий арабский со стаканом воды, Даша – какао с зефиркой, ей захотелось себя полакомить, бедняжку. Из бардачка машины Майя захватила усыпанный чем-то похожим на алмазную пыль клатч с эмблемой Гуччи. Настоящий, конечно же.

Достала из безумно дорогой сумочки красивую коробочку бежевой кожи, похожую на портсигар. Сперва Даша подумала, угостит сигарой, и изумилась - уж вредные привычки и Майя не вязались никак.

Но рыжая ведьма отщелкнула крышку - там тускло блестел знакомый предмет.

- Забрала таки? - Даша подняла взгляд и встретилась с черно-вишневым взглядом. - И для кого же? Ох, прости, если секрет.

- Секрет. Но не от ближайшей подруги.

- Спасибо.

- Не за что, со мной та еще морока, - она улыбнулась, - мне тоже есть за кого бороться и искать. Не сдаваться и не отпускать. Такая я сука, сосуд греха и эгоцентризма.

- Мужчина?

- Не долюбив, не долетев до цели.

.. долгая история. И невеселая. Он звал меня Майкой, Маюшей и даже Маевкой. Меня!

1Военная полиция Японии до 1945 года, известная своей жестокостью даже в сравнении с гестапо.

Глава 18

Небо, самолет, девушка и смерть.

Самолет туго ввинчивался в холодный воздух, плотно, как рыбка в воде, сидел в синеве. Каждому опытному летчику знакомое ощущение – ты авиакентавр, твоя машина твои руки, ноги… твои крылья.