Астера. Химеры пустошей

И, похоже, только благодаря тебе. Обычно медники добираются до горла и сразу душат насмерть, а яд – чтобы до добычи не касались другие члены стаи. А ты отвлекла химеру.

– А он в сознании? Я могу с ним…

– Он спит. Сейчас не стоит его тревожить.

–Благодарю.

Что еще в таких случаях принято говорить? Желать доброй ночи? Янка вдруг встревожилась:

– Вы днем казались очень уставшим…

В темноте лица было не видно, но кажется, маг покачал головой, отметая ее мелкую тревогу.

–Тебе есть, где переночевать?

Она пожала плечами:

– Здесь.

Здесь тепло.

– И место, как специально выбрано, чтобы удобней подлететь сверху и убить. Идем.

Пещерка, выделенная магу, оказалась маленькой, но ее успели нагреть. Там же лежали несколько одеял – таких же, какие вчера приносил наставник Арем.

– Здесь удобно. Ложись. Отдыхай.

Ну да. Вот так вот бери и ложись. Когда рядом этот – непредсказуемый.

Хотя, щенка ведь он не убил. А то, что у него какие-то шашни с красавицей-драконицей, так любовь зла… она же правда красивая.

Янка так и протопталась бы у входа до утра, если б пепельный маг не напомнил:

– Я не собираюсь причинять тебе никакого вреда.

В качестве, извини, любовницы ты меня не интересуешь. Так что, спокойно располагайся, где хочешь. Сейчас будет штаб у капитана Роланда, я должен быть там, так что некого стесняться. Отдыхай. Тут много места.

Голос его звучал ровно и даже слегка насмешливо, как будто он догадывался о Янкиных сомнениях. Правда, скорей всего, все они были и так написаны крупными буквами прямо у нее на лице.

Она осторожно легла, постаравшись занять как можно меньше места… и почти сразу уснула.

[1] Лунник – видимо, от китайского «лун» - дракон.

[2] Мера длины, километр. Очевидно от сокращенного написания слова.

[3] Эсэм – сантиметр.

8

Утром у Арема началась лихорадка, и лучшим решением было – поспешить к Белуше, коль скоро до нее оставалось пройти всего две версты – если двигаться с той же скоростью. А солдаты собирались, как минимум, её сохранить.

Янка проснулась укрытой теплым одеялом по самый нос – и не известно, ложился ли спать сам маг, или так и просидел у входа до самого бледного света.

Она проснулась, выглянула из-под одеяла и увидела его силуэт в свете крошечного желтого огонька. Маг что-то быстро писал. Но услышал, что она шевельнулась, и собрал свой дорожный чернильный прибор.

– Снаружи светает, – сказал он. – Выдвигаемся через час.

Она кивнула. Спросила осторожно:

– Могу я что-то сделать для наставника?

– Можешь.