Волчий берег

— Да так, в голову пришло.

— Ты будешь покупать или нет?

Судя по лицу, он некоторое время сдерживается, но всё же снова смеётся.

— Буду.

— Что?

— Может, невесту. Как думаешь, стоит?

— Да что ты несёшь?!

Солнце, что ли, голову напекло?

Но он молчит, медленно подходит ближе. Половицы тихо скрипят. Даже не переоделся, кожей пропах. Волосы цвета вороного крыла закрывают ему лоб, сходятся позади в хвосте. Я никогда такой густой черноты не видела.

А потом он. опирается рукой на прилавок, перепрыгивает через него и оказывается напротив.

Приходится задирать голову — оказывается, он выше. Не знаю, от чего я опешила больше — от прыжка, как будто на это никаких усилий не нужно, или от наглости — без спросу за прилавок лезет!

И главное — стоит в проходе. А как только путь тебе перегораживают, известное дело, сразу хочется уйти. Пойду, позову Глашу, пусть сама со своими подозрительными постояльцами разбирается.

Я влево — и он туда же, я вправо — он уже тут дорогу перекрывает. Пришлось остановиться и перейти к словам.

— Думаешь, поймаешь?

— Думаю, да. — Уверенно отвечает он. — Думаешь, сбежишь?

— Думаю, да.

Однако не удалось — стоило сделать шаг в сторону, как он тут же перегораживал и без того узкий проход. Вроде почти не шевелился, но так быстро перемещался из стороны в сторону, что жутковато становилось. Ведь если он решит не просто путь преграждать, а к примеру, руки приложить, куда не следует, я наверное, и не замечу, пока поздно не станет.

— Чего ты пристал?! — Возмутилась я.

— Как чего? Может, я хочу с тобой познакомиться.

— Познакомились мы уже! Всеволод нас познакомил.

— Значит, я хочу с тобой поговорить.

— А я не хочу!

— Почему?

Я так рассердилась, что слов не нашла.

— Я тебе не нравлюсь? — спокойно улыбаясь, спрашивает он.

Ну, конечно! Стоит весь такой ладный да красивый, зубами белыми сверкает, плечами широкими поводит, думает, ему никто не откажет. Как Огний, черти его дери!

Раньше, может, так и было, но хватит с меня смазливых зазнаек! С чего это внимание такое — первый раз увидал и давай улыбками светить да душу нараспашку открывать.

Только если что недоброе задумал. Сейчас и проверим!

— А что? Зачем тебе со мной говорить? Дурацкие вопросы спрашивать? Нравишься, не нравишься, какое дело? Жениться, может, на мне собрался?

Думала, поостынет-то пыл, однако он почти перестал улыбаться и до нелепого серьёзно ответил:

— Может быть.

Ну, всё, отступать неприятно, конечно, но это перебор.