Сегодня изменит все

А вот какую именно цель он преследовал, Иржик вряд ли мог сказать однозначно. Всего понемногу. В прошлый их приезд Айвена сильно задели слова лекаря о магии в целом. Предположение о наличии у него целительского дара мэтр Вилен отверг наотрез. Айвен наверняка решил проучить зарвавшегося человечка, а лучше, нежели на примере, это трудно было сделать. Теперь к магии обращался тот, кто ее отвергал — то ли не победа? Также Айвена вряд ли устроил бы лежащий пластом ученик, потому он стремился Иржика вылечить. Да и его интерес к Маклене играл определенную роль.

Скрипнула, открываясь дверь, и в комнату вошла Маклена. Бросила удивленный взгляд на отца, посмотрела на Айвена, улыбнувшись, поставила на стол поднос с кувшином и кружками.

— Как вы себя чувствуете, сударыня? — спросил колдун, пряча мгновенно вспыхнувший взгляд.

— Хорошо, Мастер Ворон.

Он кивнул, посмотрел на Иржика, усмехнулся уголком рта. Мэтр Вилен стоял к нему спиной, всецело поглощенный разматыванием тряпиц, пропитанных целебными мазями.

Артефакт он положил на постель, чтобы пока не мешал. Золото и самоцветы неярко светились, даже не направленные на рану, даря покой и освобождение от боли. Иржика тянуло в сон, но допускать его он не собирался. По крайней мере пока.

— Вы чего-нибудь желаете? — спросила Маклена.

Мэтр промолчал, вряд ли вообще услышав вопрос. Улыбка Айвена стала шире. Взяв девицу за руку, он коснулся губами тонких пальцев и покачал головой.

— Все необходимое у меня имеется, сударыня.

Маклена зарделась, но руки не отняла.

Смущенно улыбнулась, не отводя взгляда. Иржик помнил, что глаза у нее медовые, притягательные, засасывающие, будто смола. Вот, видимо, и Айвена участь навсегда застывшего в янтаре комара не миновала. Или подобное — лишь видимость? Лучший способ победить — показать сопернику, словно почти сдался? Иржик вряд ли сумел бы утверждать наверняка, он лишь чувствовал некую неправильность происходящего, ощущал неудобство из-за нежелания и бессилия отвернуться. Почему-то казалось, Айвен играет, в том числе и для него. Вот только зачем? Какой в том смысл?..

— Ай!

Золотая вспышка ударила по глазам, ослепив на несколько мгновений, в ушах зазвенело, раскаленная игла вошла в ногу, но боль тотчас же прекратилась, потушенная волной облегчения.

Когда Иржик, наконец, осознал кто он и где находится, нога была здоровой, на месте воспалившейся раны белел едва заметный шрам. Мэтр Вилен стоял у стола и взахлеб повествовал о самом настоящем чуде.