Княжич степных земель

И обязательно узнать, что творится у княжича Ягрэна, изгнанного, но непоколебимого. Меньше всего Войцеху хотелось думать о Стратиче. Старый князь почти отдал богам душу, а Юркеш по-прежнему был не в себе.

Воевода, не обращая внимания на Зулейку, набрал в руки снега и протёр лицо. Где-то вдали сверкнул медный купол очередного храма, словно говоря: что-то грядёт. Княжеский терем уцелеет, может, станет ещё пышнее, но выживут ли сами княжичи? Войцех не хотел знать ответа.

8.

Марена приглаживала кучерявые кудри Юркеша.

Ей было больно от того, что сделала её ворожба с душой княжича.

- Я тосковал по тебе, - он тяжело выдохнул. – И ещё больше – по хвойному лесу.

- Это неправильно, - до жути хотелось плакать, но слёзы не лились из глаз. – Ты ведь понимаешь?

Юркеш кивнул. Княжич не держал на неё зла. Он вообще не был в себе – слишком долго находился под ворожбой, и она перекроила его изнутри. Измученная душа княжича доживала остатки лет и хотела только покоя и свободы. Оттого его тело слабело не по дням, а по часам, а сердце гнило, всё больше обрастая корнями.

Последние скреблись в рёбрах и причиняли боль.

Он находился одной ногой в могиле, и только сила Марены могла ненадолго продлить ему жизнь, заставить княжича занять место отца и прожить ещё пару лет. Она прекрасно понимала с такой раной ему будет не до княжества. Слабый и уставший правитель станет лёгкой добычей.

Поэтому Марена не понимала, почему Юркеш не хотел уступать старшему. Не проще ли отдать совершенно ненужное другому человеку, а самому проводить время у лесной опушки и наслаждаться последними спокойными минутами? Видимо, сказывалось мальчишеское упрямство.

- Я помогу тебе, - пообещала она.

- Но тебе меня не спасти, я знаю, - Юркеш горько усмехнулся. – Ты выбрала самого слабовольного из княжичей.

- Пусть так, - Марена согласилась. – Но это мой выбор.

Кто бы мог подумать, что Юркеш однажды остановится посреди глухой деревни и что там же окажется неопытная ворожея? Марена уже знала, что уйдёт в господарский дом и никто не будет о ней сожалеть.

Ей нужна была хоть какая-то ниточка, да и любопытство взяло своё. Удастся ли ей очаровать княжича? Связать их души так, чтобы никто не смог разрубить узел, будь то белолицые панночки или сам чародей.

Кощунственная мысль забилась в голове. Что, если ей привести Юркеша в их дом? Княжич согласится, о том не было и речи. Другое дело – кривотолки. Стоит Юркешу исчезнуть, как его место тут же займёт Ягрэн.