Право на доверие

Снисходительное выражение на лице дракона рождало лишь злость, отбивая всякую охоту общаться, но, в конце концов, я же не ребенок, чтобы играть в молчанку. Возьми себя в руки, Лана!

— Вот, — я бережно вынула из-за пазухи и протянула ему распоряжение с руной. — Ты знаешь, кому принадлежит эта подпись?

— «Is»? Когда-то… — дракон ласково провел ногтем по потускневшим чернилам, резко оборвал себя. — Этот человек давно мертв. Ты шла в Алерот из-за письма?

И все-то он знает. А впрочем, не требовалось великого ума, чтобы догадаться о моей цели: через перевал ведет единственная тропа, по которой можно добраться лишь в несколько бедняцких деревень и Затерянный город, как называют жители подлунных королевств Алерот, передовой форпост драконов.

Далее начинались Безжизненные земли — бескрайние равнины и скалистые горы, занесенные нетающими снегами, по которым кочевали и охотились на стада оленей семьи северного клана, приходя в Пограничье только для торговли с людскими караванами, обменивая металлы, драгоценные камни и шкуры редких зверей на продовольствие, одежду и различные блага цивилизации.

Существовал у нордовых собратьев еще один город, считавшийся среди людей легендой. Иньтэон. Столица Северного Предела. Царство серебряных башен. Сказывают, что Иньтэон похож на затерянную среди метелей волшебную иллюзию, созданную из хрусталя, льда и белого мрамора. Не знаю. Никогда там не была: сестра, несмотря на настойчивые просьбы, отказывалась брать меня с собой на дипломатические приемы к союзникам (вероятно, не хотела позориться).

Интересно, а меченый видел сказочный город? Наверняка. Не о том ты думаешь, Ланка, совсем не о том.

— У меня есть друг. Он служит в страже эссы Исхарда тиа Иньлэрт.

Померещилось, или какая-то тень действительно пробежала по лицу изгоя при упоминании имени одного из Повелителей драконов?

— Эсса, говоришь? — меченый взлохматил волосы. — Насколько я слышал, сейчас в Алероте нет никого из Совета. Возможно, Исхард в Северогорске, кто-то из командоров точно там.

Получается, зря я зимовала в Шахтенках, ожидая, когда сойдут снега? Теперь две недели возвращаться на Дорогу Мира — главный торговый путь, тянущийся через весь континент, начиная от Сияющего моря на юге и заканчивая у залива Корсаров на северо-западе. Потом четыре-пять недель по тракту до южной границы Сейрии — жаль, меченый безрассудно отказался от лошадей, но не требовать же их обратно у толпы разгневанных крестьян.