Право на доверие

— Есть люди, которых без веских оснований лучше не записывать в стан врагов, если не хочешь быстро, бесславно и, вероятнее всего, болезненно закончить свои дни. Слышала легенду о сфинксах?

— Полулев-полускорпион?

— Да. Ядовитый зверь, обожающий игры в загадки. Если ошибешься самую малость, теши домовину. Йорк похож на него. Охотник что-то потребовал?

— Он попросил.

— Просил… — дракон задумался. — Просьба из разряда тех, которым не отказывают?

В дверь постучали. Выждав положенную паузу, в комнату вошла служанка.

Задержалась взглядом на узоре, украшающем щеку дракона, потупилась.

— Галка… Леди Галактия послала напомнить, что леди Лаанара недостаточно окрепла и нуждается в отдыхе.

Меченый усмехнулся.

— А где сама леди Галактия?

Служанка смутилась.

— Она… занята.

Я понимающе улыбнулась. Если Рик издевался над ней, как надо мной в первые дни, то, скорее всего, эмоциональная жрица-охотница сейчас вымещает накопившуюся злость на подручных предметах. Понадеемся, что ее комната, как и моя, не богата фарфором и хрусталем, иначе барон не досчитается многих ценных экспонатов своей коллекции.

Дракон встал.

— Целительница права: тебе лучше лечь спать, девочка, — он проказливо подмигнул. — А я выясню, что же такое важное завладело вниманием леди Галактии, раз она не нашла времени порадовать нас своим присутствием.

Рик потушил лампадку, вышел из комнаты. Я закуталась в одеяло, покрутилась, устраиваясь удобнее. Закрыла глаза. Искренне пожелала, чтобы охотницу и дракона остановили раньше, чем они доберутся до колюще-режущих предметов.

___________________________________

[1] Центральная часть материка, не относящаяся ни к одному из Пределов.

Глава десятая

Минули две недели. Травень перевалил за середину, устремился к концу, и погода за окном стояла по-летнему жаркая. Ослепительно сияло солнце. Небо наполнилось редким глубоким оттенком, который бывает только в конце весны и гордо зовется синевой. Радостно желтели головки одуванчиков на лужайке.

Кокетливые яблони нарядились в белый цвет. Благоухала распустившаяся сирень. В ветвях слив под окном по вечерам заливались соловьи. Жизнь кипела и била ключом.

Я выздоравливала. Медленнее, чем могла надеяться. И гораздо медленнее, что хотела бы. Использованный убийцей яд подействовал на меня как на обычного человека. Случившееся вынуждало серьезно задуматься: кто-то создавал оружие, способное уничтожить драконов.