Право на доверие

Парень вытянулся, стал выше и теперь носил алый доспех, но передо мной был тот же Крис, что я знала. И, честно признаться, я безумно обрадовалась его появлению.

— Неа.

Я неуклюже сползла на пол, обнимая друга. Он на секунду заколебался, словно подумывая отстранить меня, но в итоге лишь крепче прижал к себе, так что затрещали ребра.

— Ну и правильно. Хотя я действительно пришел встретиться с тобой.

— Как ты? Расскажи. Я очень давно тебя не видела. С той поры, когда отправилась к жрицам. Кажется, целую вечность.

Рыжий помрачнел.

— Я? Нормально. Лучше объясни, что ты вытворяешь? Я вернулся в Храм, хотел тебя проведать, а мне сообщают, что леди-де изволила удрать и вдобавок стащила один из медальонов, приготовленных для выпускниц. Не стыдно тебе, будущая надежда южного клана?

Я покраснела до ушей, промямлила.

— У меня не осталось выбора. Надеюсь, девчонка не сильно расстроилась.

— С чего ей расстраиваться? Пропажу вовремя заметили и просто сделали запасной. Но как ты решилась отправиться в путешествие и не позвала меня!

— Я пыталась, честно! Но у меня не получилось!

— Ясно, — друг снова нахмурился, между бровей собралась тяжелая складка, нехарактерная для прежнего, неунывающего Криса.

И от внезапной перемены в облике друга я почувствовала себя неуютно, отстранилась. Рыжий помог мне вернуться в кресло. Виновато насупился.

— Ланка, я…

Я догадывалась, что он скажет.

— Все нормально, Крис.

— Леди Лаанара, я нахожусь в замке барона Красноземского по приказу Альтэссы. И я теперь…

Он недоговорил, просто расстегнул правый наручь.

На смуглой коже светом и тьмой четко отпечатался знак равновесия. Каратель. Крис добился своей цели.

— Я пришел убить отлученного Риккарда, нарушившего условия договора. Но, как понимаю, он находится под твоей защитой. Поэтому…

— Крис?

— Я каратель, Ланка! Я дал клятву! Мне без разницы, почему ты покровительствуешь меченому. Мне достаточно, что ты доверяешь ему. Но Совету — нет, — друг задумчиво поскреб макушку. — Проблемка.

Слушай, может, изменишь решение? — он посмотрел на меня нарочито жалобно. — Зачем тебе этот Рик? Бледный как упырь. Ест много. Летать не умеет. Какая с него польза? Нет? Не передумаешь? Упрямая ты, Ланка. Какой была, такой осталась — нюней, тащащей в дом всех сирых и убогих: котят, щенят, птенцов, теперь вот дракона.

Он тяжело вздохнул, но я знала рыжего слишком хорошо, чтобы принимать кривляния всерьез.

— Остается только одно! — похоронным тоном объявил друг.