Право на доверие

— Чего вам, уважаемый?

Вопрос прозвучал грубее, чем мне хотелось, и не совсем внятно из-за набитого рта. Да и тема предстоящей беседы не вызывала у меня должного воодушевления. Я догадывалась, о чем пойдет речь: этот разговор мы уже заводили, и в прошлый раз мне успешно удалось отвертеться, сославшись на неотложные дела. Но спросить-то было надо, хотя бы для порядка.

— Смотрю я на вас, госпожа целительница, и дивлюсь — девица вы ладная, на лицо не дурная, фигурка тонковата, конечно, но это от жизни собачей, бродячей.

Дык, чего ж мужика себе найти не можете?

Потрепанная шарманка завела знакомую песню. По деревенским меркам я уже старая дева, давно замуж пора — вот староста и усердствовал. Надеялся, что увлекусь каким-нибудь местным увальнем и осяду здесь. Своя жрица в деревне — большая удача. Одно дело — пришлая девица, которая исчезнет в любой момент, да и ждать от чужачки непонятно чего. Другое — собственная ведунья, пусть странная, но своя. Жрицы, они ведь тоже люди, родной дом защищать по-всякому будут, а с ним и деревню в беде не оставят.

Чтобы разгадать нехитрую логику, не требовалось быть семи пядей во лбу. Я сдержала улыбку, ответила со всей серьезностью: звание жрицы (пусть присвоенное не совсем законно — кому нужны эти выпускные экзамены!) обязывало поддерживать честь Южного Храма.

— Наказ мне дан, уважаемый, ходить по миру да людям помогать.

Староста нахмурился, почесал пышную бороду.

— Людям помогать занятие, конечно, почетное.

Только не бабское это дело — пыль дорожную сапогами месить. Нашли бы себе мужичка толкового: хоть вон мельника-бобыля, а хоть и Петрушку своего вам сосватаю — молод парень, но удал. Обзаведетесь хозяйством, детишек нянчить будете.

Я представила лицо Харатэль, когда ей сообщат, что ее младшая сестра вышла замуж за мельника и обосновалась в заснеженном поселке, обозначенном на картах двумя квадратиками без названия. Шахты — они шахты и есть.

Браки между людьми и драконами — явление редкое и всегда несут оттенок трагедии: век человека слишком короток по сравнению с нашим. К тому же у меня есть жених. Я его уважаю, считаю своим другом, но не люблю.

Да и так ли это важно — любить? Моя старая няня на попытки завязать разговор об этом странном чувстве загадочно улыбалась и предлагала подождать до первого полета. Сестра только отмахивалась, а расспрашивать Криса или Алика я стеснялась.