Право на жизнь

Оракул жаждала смерти, и Вестница просто исполнила ее желание. А вот с Крисом Юнаэтре пришлось повозиться: среброкосая сражалась и выжидала, пока алый допустит ошибку. И то, что я видела в замке барона Красноземского, было всего лишь одним из вариантов развития событий.

Собеседник между тем продолжал.

— На грани прошлого и будущего существует настоящее. Цветок не вырастет, если не посадить семя в благодатную почву, но и пробившийся росток погибает от ранних заморозков.

— У нас утро поэзии?

— Без метафор жизнь как женщина без изюминки — пресная и не вызывающая ничего, кроме скуки.

— Мне нужна информация, а не пустые песнопения.

— Будь по-твоему, маленькая колючка. Кратко и по существу. Вы можете нейтрализовать уже активированные заклинания друг друга, и к каким последствиям это приведет, ведомо одному лишь Року, а ему тоже не ведомо… так что не советую заниматься «благотворительностью» и спасать погибших в ее присутствии. Но даже когда не прибегаете к дару, вы продолжаете притягивать: ты — жизнь, она — смерть.

Непонятно?

Я покачала головой, и Веронар постарался объяснить доступнее.

— Представь мост над пропастью, по которому то и дело снуют люди. Он рухнет сегодня, завтра или через сто лет — никто точно не скажет. Если рядом находишься ты, мост продержится очень долго и развалится глухой грозовой полночью, когда все случайные путники отогреваются горячим элем в трактирах и носа не кажут за порог.

Если рядом будет она, мост с громовым треском обрушит на дно ущелья королевский кортеж, несмотря на то, что накануне высочайшая комиссия излазила его вдоль и поперек и признала абсолютно безопасным.

Я промолчала, решив не ловить собеседника на нарушении слова — с «мостом» и правда понятнее.

— А всплески памяти крови тоже ваших рук дело?

Я заколебалась, но все же рассказала и про превратившуюся в настоящий бой тренировку с Риком, когда тело вышло из-под контроля, и о том, какую страсть пробуждали прикосновения Кагероса.

Хуже врага внешнего только тот, что скрывается внутри тебя самой. Хорошо бы выяснить, каких еще подлянок мне ждать от памяти крови.

— Насчет вашего «сражения» Риккард угадал. Обычная защитная реакция — подобное редко, но случается, особенно во время эмоционально-магической нестабильности до и после первого полета, — без интереса отозвался собеседник.