Лета Триглава

– Гости у лекаря, что ли?

Беса вытянула шею, насквозь просматривая овальную залу, один край которой оканчивался лестницей, с которой только что сошла Беса, другой терялся в густой тени. Показалось, или что-то стеклянно звякнуло в дальней нише?

Огневой шарик трижды покачался перед лицом. Беса махнула рукой:

– Я мешать не стану. Мне по надобности…

Огонек метнулся вбок. Беса пошла следом, по пути оглядываясь через плечо и прислушиваясь к приглушенному гулу, звяканью и тонким, на грани слышимости свисткам, будто сквозь металлическую трубочку пускали пар.

Что-то происходило в доме, она знала это совершенно точно. Волоски на шее поднимались, будто во время грозы. Беса облизала губы.

– Уж не там ли опытная, куда барин мне запретил захаживать? – вслух спросила она.

Огонек утвердительно замигал и описал несколько кругов у лица Бесы, будто предупреждая: Не ходи!

Она тряхнула головой и зашла в уборную, плотно прикрыв за собой дверь.

Да ей и дела нет до грязных тайн лекаря. Первое время, так и быть, она будет помогать доставать ему людову соль, как помогала тятке – неважно, до погребения или после.

Но лучше, конечно, до. Бывало, тела вовсе не вскрывались, ежели на то было изволение родных, а платили хорошо. Тогда после погребения тятка дозором ходил по могильнику, выжидая, вернется ли мертвяк навием или на этот раз помилует Мехра.

Потом, скопив червонцев, Беса уедет – еще не знает, куда. Возможно, в Туровск, куда хотели отправить Младко. Там выучится на книжника, будет переписывать толстые тома, а помимо прочего станет вырезать по дереву – в этом Беса была мастер.

Она долго стояла под холодной водой, очищая голову от дурных воспоминаний. Пригладила обеими ладонями кудри, переплела косу. После одернула рубаху и выглянула обратно в залу.

– Эй, Хват… – начала Беса, но умолкла, не увидев рядом огонька. Зато увидела грузную фигуру в белой хламиде – та стояла в дальнем конце, в тени, и сквозь неопрятные патлы волос нельзя было разглядеть лица.

– Здравия вам! – на всякий случай вежливо поприветствовала Беса.

Фигура качнулась и вдруг, вытянув костлявые руки, бросилась навстречу.

С визгом Беса отпрыгнула к стене. Люден проковылял мимо – теперь стало ясно, что это старуха, – и походка оказалась вихляющей, неуверенной. Босые пятки деревянно стукали о пол. Схватив скрюченными пальцами воздух, старуха остановилась и повернулась всем туловищем. Из спутанных волос блеснули бельма глаз.

– Кто вы, бабушка? – растерянно произнесла Беса.