Лета Триглава

Счет начинать или сами догадаетесь?

Из-под полы холодно сверкнуло дуло самострела. Студентов как ветром сдуло.

– Обидели вас?

Беса мотнула головой.

– Испугали только.

– А вы чем думали, сударыня, когда в подобном виде посреди Червена расхаживали?

Хорс смерил Бесу оценивающим взглядом, и та раскраснелась. Мокрая рубаха облепила девичьи прелести, сарафан не спасал – все на виду, как есть усладница.

– Привыкайте, – бросил Хорс, пряча самострел, – это не ваша захудалая деревня, где на версту один петух, на две – коровьи кучи, а расхаживать можно, в чем мать родила, никому и дела до того не будет.

Тут я за вас в ответе.

– Следили, значит, – буркнула Беса, стыдясь поднимать взгляд, чтобы не встретиться снова с осуждающим взглядом лекаря.

– Хоть бы и следил. Вам еще многое стоит узнать и многому научиться…

Окончание фразы поглотил грохот. Беса от неожиданности взвилась, вскинула голову – над крышами распускались огневые бутоны.

– Что это?

– Шутихи, – ответил Хорс. – Ни разу не видели?

Вместо ответа Беса, остолбенев, следила, как радужно переливаются небесные цветы.

Звездная роса осыпалась брызгами, где-то восторженно кричал люд. Колени Беса подкосились, и она опустилась на каменный парапет.

– Не остудитесь, – сказал лекарь и, сбросив сюртук, накинул Бесе на плечи. Накинул – а руку не убрал.

Она помотала головой, выбивая зубами дробь.

– Сами-то не захворайте, – проворчала. – У, жаром так и пышет! Все вы, гаддашевы баре, такие? – И тут же ответила сама: – Все, да не все. Чудной вы, барин. Мед не испиваете, сладкими коврижками не лакомитесь, на требища не ходите, и не женаты вовсе.

Только лекарствуете да читаете книги про чужих героев и чужих богов, а живете затворником – если б не богатая одежда да витиеватая речь, и не скажешь, что гаддашев барин.

Хорс рассмеялся, и Беса прикусила язык. Снова сболтнула лишку, теперь красней. Ну, что за баламошная девица? Одним словом – беса.

– Что на ужинах с вами не присутствую, в том зла на меня не держите, – беспечно ответил лекарь. – Обещаю, что следующую трапезу с вами разделю.

Да хоть сегодня! Вы, сударыня, мне провидением посланы. Оттого я теперь вас, не надейтесь, от себя не отпущу.

Беса подняла удивленный взгляд. Не смеется ли снова? Хорс не смеялся.

– Пошто я вам? – вздохнула Беса, а сердце так и заходилось, и слова с трудом срывались с онемевших губ. – Захотите, так других помощников найдете, получше меня.

– Помощников-то найти не сложно, – ответил Хорс, и под ребрами закрутился ледяной узелок.