Лета Триглава

– Только такой, как вы, сударыня, в целом свете не сыскать, как ни старайся. А я уж вас по всей Тмуторокани искал.

Узелок истаял, вместо холода снова пришло тепло.

– Искали? – повторила Беса растерянно.

Хорс будто смутился. Улыбнулся, да так, что на душе райские алконосты запели.

– Искал, – подтвердил он. – Только нашел поздно, другие опередили. Я ведь…

Умолк, и Беса приблизила свое лицо к лицу лекаря, чувствуя лекарственный запах, жар тела, нежное касание ладони на своем плече. Она прикрыла веки, раздвинула губы, пытаясь поймать горячее дыхание.

Хорс отчего-то медлил.

Меж полуприкрытых век замаячила искра.

– Хват? – услышала возглас Хорса.

Разочарованная, открыла глаза.

Огонек качался и мигал, то приближаясь, то удаляясь снова.

– Случилось что?

Оморочень-невидимка не умел отвечать, только бестолково метался в воздухе. Хорс поднялся.

– Беда пришла? Да, да, уже собираюсь. Идемте, сударыня!

Потянул Бесу с парапета, и та подчинилась, глотая обиду и ругаясь на саму себя за порыв и слабоволие.

Огонек неясно моргал и скачками несся по улицам. Вот арка с гипсовыми жабами, вот отцветающая сирень, а там и лекарский дом. У дверей – незнакомая самоходка с коробом-клетью, в такой люден уместится.

Двери оказались распахнуты. Хорс вошел первым и сразу же до Бесы донеслись взволнованные голоса:

– …я в который раз говорю, что не веду никакой подпольной практики, вы напрасно пришли.

Другой, незнакомый и низкий, отвечал:

– Ведете или нет, в том в остроге разберутся. Пока довольно фляги с людовой солью, коею вы преступно и без надлежащего разрешения храните у себя дома.

Из дальней горницы вышагал околоточный надзиратель, недобро глянул на Бесу.

– Кто такая?

– Племянница моя, – нашелся Хорс, выступая следом. От прежней теплоты и следа не осталось: холодный, собранный, посмурневший.

Беса в тревоге переводила взгляд с надзирателя на Хорса, и дрогнула, когда на плечо легла тяжелая ладонь.

– Там увидим, какая племянница. Может, сообщница? Лицо у тебя что-то больно знакомое. Отвечай, скрываешь людову соль?

– Нет у меня соли! – в испуге ответила Беса.

– Не мучайте девочку, не из Червена она. К тому же, Мехрова дочь, – заступился Хорс.

Рука на плече Бесы разжалась.

– Слава Мехре Пустоглазой, – проворчал надзиратель.