Один вздох до рассвета

Больше медлить нельзя.

– Да, Ваше Величество, – севшим от волнения голосом прошелестела Луна и беззвучно исчезла.

Селена еще пару минут постояла у окна, прислушиваясь к шепоту листвы, журчанию фонтанов и беззаботному девичьему смеху, доносящемуся из парка. Между ее безупречно ровных бровей, пересекая белый знак полумесяца, легла едва заметная тень.

… Малый зал Совета утопал в тишине и солнце. Эта небольшая идеально круглая комната под центральным куполом была, пожалуй, самым изолированным помещением во дворце. Резные стены из знаменитого на всю Систему белого селенита имели цвет матового жемчуга и идеально поглощали звуки и световые блики, создавая атмосферу полной отрешенности от внешнего мира.

Этому способствовало также и то, что в зале не было ни одного окна – весь свет проникал через фигурные прорези купола и золотым кружевом клубился наверху, наполняя пространство ровным, без теней, млечным сиянием.

Единственной обстановкой были девять полупрозрачных опаловых колонн и девять разноцветных кресел в простенках между ними.

Над каждым был вырезан символ соответствующей планеты.

Сейчас занято было только четыре кресла из девяти.

Хранительницы и принцессы Внешнего круга планет терпеливо ожидали свою королеву, и это ожидание становилось все тягостнее с каждой секундой. Обычай запрещал им вести разговор до начала Совета, поэтому девушки молча переглядывались, чувствуя нарастающую тревогу.

Аквамариновые глаза воительницы Урана нервно поблескивали, и она нетерпеливо постукивала сапожком (туфель она не выносила) по роскошному мозаичному полу, незаметно комкая пальцами правой руки край длинной золотистой мантии, полагавшейся к ее парадному наряду.

Левая рука была сцеплена с рукой ее вечной спутницы, принцессы Дома Нептуна. Та выглядела абсолютно безмятежной, пышные темно-синие складки бального платья были расправлены вокруг ее ног идеально ровным полукругом. Только побелевшие суставы ладони, крепко стиснувшей ладонь подруги, выдавали внутреннее напряжение.

Вечно юная принцесса Дома Сатурна с древними, как мир, глазами сидела абсолютно неподвижно, сложив хрупкие детские ладошки на коленях, обтянутых лиловым бархатом.

Взгляд ее, абсолютно непроницаемый, был устремлен на сумрачную фигуру Хранительницы Врат Времени. Темно-вишневые и фиолетовые глаза вели молчаливый диалог, и тревожные тени в них становились все глубже.

Наконец напряжение достигло высшей точки. Напоенный солнцем воздух, казалось, начал звенеть от невысказанных вопросов.