Гори, огонь! Меня не тронь!

- Ты?

Лесава сразу узнала князя из леса, жениха Премиславы. Мужчина выглядел растерянным, словно увидел не Лесаву, а по крайней мере, овинника. Лесава медленно и с достоинством поклонилась.

- Брата своего окоротите, - холодно произнесла она, окончательно приходя в себя. – Не принято у нас, чтобы девушкам прохода на дворе на давали. Не знаю уж, как у вас там, у древличей, принято…

- И у нас так не делают, - нахмурился Белогор. – Права ты, дал я волю брату своему после смерти отца. Думал, что так горе на него действует.

- От малой шалости до вседозволенности можно дойти, - укорила Лесава и пробормотала: - Дитятко, что тесто, как замесил, так и выросло.

Белогор продолжал строго смотреть на Лесаву, но она не отводила взгляда. Стыд, что застали ее в такой момент, продолжал жечь, и к щекам приливала кровь, но, с другой стороны, не за что ей было совеститься. А потому и голову незачем опускать.

- Прости меня, - наконец выдавил из себя князь. – За брата.

- Да разве я вас виню? – удивилась такой покладистости Лесава. – С больной головы на здоровую не перекладывают.

- Пойдем до дома провожу, - предложил Белогор. – На всякий случай. Или ты на княжеском дворе живешь?

- Не княжеских мы кровей, - усмехнулась Лесава и, боясь показать удовольствие от предложения князя, отвернулась. – Проводите, коли делать нечего.

Князь засмеялся, и Лесава ответно улыбнулась.

- Делать, может, и есть что, но и загладить вину хотелось бы.

- А живу я на самой окраине, у леса, - тихо сказал Лесава и сделала пару шагов.

Оглянулась. Князь смотрел на нее без улыбки. Его серые глаза словно о чем-то ее просили, словно звали. А еще была в них грусть и усталость. Лесава смутилась. Подождала, пока князь поравняется с ней, и медленно вышла из ворот.

- Не боитесь, что вас невеста ваша увидит? – с намеком спросила она.

- Я не делаю в жизни ничего, за что было бы стыдиться, - так же тихо ответил Белогор.

- Это правильно, - одобрила его Лесава. – Как подумаю о людях, у которых на душе грехи лежат, и жалко их становится. Мне бы совесть, кажется, и ночи не дала проспать, всю истерзала. И как это люди живут с такой тяжестью на душе? Живут и в ус не дуют?

- Разные есть люди, - спокойно рассудил Белогор.

– Точно. Разные, - поддержала его Лесава. - Разные люди, как разные деревья в лесу. Одни прямо растут, а другие вкривь идут.