Бронзовый грифон

Один из сильнейших волшебников своего времени. Всю жизнь посвятил целительству. Погиб тридцать семь лет назад, спасая народ Сасандры от бубонной чумы. Верно?

— Верно, — Берельм заговорил тише, постепенно успокаиваясь. А чего это он, собственно, так разозлился? Что было, то было и быльем поросло. Больше двадцати лет он живет без семьи. Пора бы и привыкнуть. А вот не выходит. Нет-нет, а что-то кольнет в груди, с левой стороны. — Отец всю жизнь завидовал деду. Но завистью умения не прибавишь, а магические таланты не всегда передаются по наследству.

Во мне-то ни искорки...

— Может быть...

— Не «может быть», а точно. Думаешь, отец меня не проверял? Вот у сестры был дар. И очень неплохой. Она могла бы вырасти отличной магичкой и возродить славу нашей семьи, утраченную со смертью Тельмара Мудрого. Могла бы...

Он замолчал. Хоть он и ушел из дома, а все же изредка, проезжая неподалеку от родимых мест, пытался узнать — как там, что там, чем живут, все ли здоровы... Они были здоровы. Занимались все теми же магическими глупостями — на взгляд Берельма, само собой.

А потом он узнал, что в Ресенну, городок небольшой и тихий, пришла холера. Отец возомнил себя целителем из стародавних времен, кинулся спасать людей. Ходил из дома в дом, составлял эликсиры, лечил самоцветами и призывая силы четырех стихий. А поскольку он не обладал и десятой долей умения и силы своего тестя, Тельмара, заразился и умер. Вместе со всей семьей. Зачем об этом лишний раз говорить вслух? Да и кому? Сыщику.

— А ты знаешь, что у тебя есть еще одна сестра? — негромко сказал Мастер.

Ловкач взглянул на него с недоумением.

— У меня была сестра. Но она умерла...

— Нет. Я имею в виду совсем другую девушку, — покачал головой сыщик. — Разве ты не знаешь? Она родилась уже после твоего побега. Сейчас ей чуть больше восемнадцати.

— Не может быть...

— Может. Если ты выполнишь мое поручение, я вас познакомлю.

— Какая-то девчонка... Как я смогу проверить, правду ты говоришь или нет?

— Когда ты ее увидишь, то поймешь, что я честен, как перед Триединым.

— И все-таки... Она мне совсем чужая. И я ей тоже...

— Ловкач... — Мастер глядел почти сочувственно. — Не пытайся выглядеть хуже, чем ты есть. Я тебе это уже говорил или нет?

— Не помню...

— Тогда говорю. Судьба сделала тебя таким, каков ты есть сейчас. Ты ловкий и хитрый мошенник, прожженный аферист, но ты незлобливый и справедливый по-своему человек. Помоги мне. Я помогу тебе.