Весна надежды

Потому и те, и другие воевали против внешнего врага как бы вполсилы, всё время оглядываясь — не вонзят ли нож в спину свои же соседи.

Тем временем силы Зейцльберга, перейдя Лугу в нескольких местах одновременно и, уничтожив с десяток мелких приграничных городков, перегруппировывались, для штурма Берестянки. Условия договора о союзе требовали от великого герцога идти на соединение с южной группой войск Грозина для совместного штурма Крыкова. Но оставлять позади такой укреплённый пункт, как Берестянка, главнокомандующий зейцльбержским войском, он же командор Ордена, брат Бруно фон Грюнерштайн не собирался.

В силу обычной для северян обстоятельности и методичности, он готовил отряды к решающему штурму таким образом, чтобы в идеале не потерять ни единого пешца. Потраченное время окупится сторицей. Тем более, что во все стороны разослали отряды фуражиров и ремонтёров, приказав не церемонится с населением захваченных земель. Можно подумать, истинным зейцльбежцам эти приказы когда бы то ни было требовались!

Братья Руперт и Хюнтер возглавляли небольшую партию фуражиров — под их началом состояли два десятка латников, обеспечивающих разведку и походные охранения, и до сорока кнехтов.

Почему так приблизительно? Да потому что их численность постоянно колебалась. Наемникам приходилось заменять выбывших по болезни или ранению возчиков. Случалось, они сами нарывались на стрелу, пущенную из чащи, или рогатину доведённого до отчаяния селянина, у которого с подворья сводили последнюю корову. Ни латники, ни, тем паче, рыцари чёрной работой не занимались, поэтому вызывали гораздо меньше ненависти у населения. А кроме того, брат Руперт, формально командовавший отрядом, как старший по возрасту и сроку вступления в Орден, исповедовал один очень важный принцип, начертанный в качестве девиза на его фамильном гербе, вкупе с двумя черными псами, которые в передних лапах удерживали серебряную чашу, увенчанную баронской короной. «Не оставляй врага за спиной». Поэтому хутор, где мужики взялись за топоры, сожгли. Хутор, где попытались всучить прелое сено, а хорошее прятали в копёшках за околицей, сожгли. Маленький застянок, в котором не осталось ни одного мужчины, но после ночёвки в котором чудесным образом исчезло двое кнехтов, сожгли. Может, конечно, они дезертировали — от наёмников и не такого можно ожидать. А вдруг, нет? В любом случае оставлять врагов за спиной рыцарь не собирался.

Но следовало отдать ему должное. Брат Руперт умел прощать.