Весна надежды

Ему не мешали странные снегоступы, напоминавшие раздвоенные лосиные копыта. Ни веточки не шелохнулось, когда он миновал густой подлесок, спрыгнул на лёд замерзшего ручья, наискосок поднялся на противоположный, обрывистый берег. Задержался на несколько мгновений, оглядываясь по сторонам, и снова размашисто зашагал на юго-запад, в заросший ельником распадок. Отменный ходок, за таким и на лыжах не угонишься, даром, что с лица — вылитый южанин-неженка.

На прогалине, поскольку лес отступал от берега ручья, пролегла ровная цепочка следов.

В полуверсте от ручья, а следовательно, в версте с гаком от холма, где разбили шатёр Януш и Юстын, лазутчик остановился и негромко засвистал. Если бы не зима, то случайный свидетель мог принять звук за пение самца пёстрой мухоловки. Но зимой в Малых Прилужанах мухоловки не водились, да и случайных прохожих в лесу днём с огнём не сыщешь.

Ему ответили почти сразу. Заскрипела кедровка. «Крэй-крэй»... После короткой задержке ещё трижды. «Крэй-крэй-крэй».

Человек кивнул и шагнул в полумрак, образованный еловыми лапами.

Навстречу ему из тени выступил неясный силуэт.

— Ты задержался, Ахмад, — проговорил встречающий на наречии, принятом в Султанате, но с отчётливым грозинецким выговором.

— Я знаю. Был «хвост». Пришлось избавляться.

— Оторвался?

— Зачем? Убил.

— Зверь ты, Ахмад, — коротко хохотнул часовой. — Идём к пану полковнику.

Задержавшись на мгновение, разведчик скинул с ног снегоступы и скользнул в чащу за уроженцем Грозина. Они пробирались сквозь лес недолго. Тёмно-зеленые красавицы-великанши расступились и открыли обжитую полянку. Полдюжины утеплённых шалашей из лапника. Коновязь, с одной стороны защищённая от ветра. Костёр, над ним — котелок, в котором булькало какое-то варево, источавшее ароматный парок. Двое, одетые в черные жупаны грозинецких драгун, задавали коням сена.

— Пан полковник! — негромко позвал часовой.

В ближайшем шалаше что-то зашуршало, из него выбрался человек. Или не человек? скособоченная фигура напоминала, скорее, некое сказочное чудовище. Карузлик из Синих гор или кикимора лесная, а то и лешак. Хотя нет, лешаки великанского роста, превосходят любого воина на голову, а то и не две. Здесь же пред очами разведчика показалось существо невысокое и кривобокое. Будто поломанная и плохо починенная кукла.