Ворлок из Гардарики

— Из-под хвоста, получается?

— Не получается! — ничуть не обиделся Сигурд. Он улыбнулся, показывая две черные дырки на месте передних зубов. — Тот хлебнул из-под хвоста, кто, умением не обладая, все-таки тужится что-то из себя показать. А я, когда понял, что скальд из меня не выйдет, успокоился. Ты же, Олаф, тоже вис не слагаешь?

— Не слагаю! — радостно отвечал здоровяк.

— Значит, ты тоже из-под хвоста хлебнул?

Викинг аж поперхнулся. Хотел что-то гневно ответить, но закашлялся.

— Лучше быть викингом не из числа первых, чем скальдом из числа последних! — провозгласил Сигурд, поднимая к серому небу палец с обломанным ногтем.

Осадив Олафа, старик победно посмотрел по сторонам и сказал, обращаясь в Вратко:

— А ты, паренек, можешь счастья попытать. Проси Хродгейра, чтобы в ученики тебя взял.

Словен посмотрел на норвежцев недоверчиво. Вот еще придумали — учиться вирши складывать. Занятие ли это для настоящего мужчины? Но, если посмотреть на Черного Скальда, выходит, занятие ничем не ущемляющее достоинство.

И меч на поясе, и меткое слово на языке. И, судя по тому, что прочие викинги почитают его за вождя, мастерски управлялся Хродгейр не только словами и строчками.

— Ну, уж и не знаю, выйдет ли... — нерешительно промямлил Вратко.

— А я тебя сейчас испытаю, — ухмыльнулся Хродгейр. — Что кеннингом называется уяснил?

— Ну, вроде как...

— Не «вроде», а уяснил или нет? Я спрашиваю.

— Уяснил, уяснил...

— Так подбери мен кеннинг на слово «море».

— Ну, так чего тут сложного? Путь китов.

Дорога Ньерда.

— Это ты взял известные. А ты свой подбери. Такой, чтобы никто до тебя не использовал.

— Новый?

— Новый, новый. Давай, потрудись, Подарок Ньерда.

— Ну...

Олаф, сидевший на первой скамье справа, снова повернулся:

— Давай, парень! Покажи, на что ты способен! Или я зря порты из-за тебя мочил?

Викинги заржали.

Вратко приподнялся, выглядывая за борт. Зундов пролив волновался. Еще не буря, но уже преддверие ее. Если бы не привычка новгородца путешествовать на ладьях по морю Нево, да не поход с германцем Гюнтером по Варяжскому морю, то его выворотило бы от качки.

А так — ничего, вроде бы притерпелся.

Серо-зеленые валы катились с северо-востока, наискось ходу «Слейпнира». Каждую волну венчала шапка грязноватой желтой пены.

— Пенное поле, — брякнул парень наугад.

— Неплохо, — кивнул Хродгейр.

— Только было уже, — заметил, поджав губы Сигурд.

— Поле пенных холмов.

— А вот это уже лучше! — просиял скальд. — Теперь кеннинг для корабля.