Краденая магия. Часть 1

Как вы уже изволили убедиться, особа доверчивая, но одновременно с тем – отъявленная нигилистка, не признающая никаких авторитетов. И поверьте: девицы талантливее в губернии не сыскать. Да что там в губернии – во всей Империи. Не сильно удивлюсь, ежели однажды она и в самом деле сумеет превратить воду в вино одной лишь магией. Но, конечно, не нынче – лет этак через двадцать-тридцать упорной практики!

Не слишком хорошо понимая, как следует себя вести в подобных ситуациях, я поспешил согнуться в поклоне – и, вроде бы, угадал.

В ответ моя новая знакомая, обеими руками расправив юбчонку – благо бокал с пресловутым компотом так и остался у полковника – опустила очи долу и плавно присела в реверансе. При этом, кажется, снова покраснев.

– В общем, уверен, вы споетесь, – весело заключил между тем Огинский. – А теперь к делу, – в полковнике, как это уже не раз бывало за недолгое время нашего знакомства, словно рубильник переключился – и тон, и даже весь его облик в миг переменились. – Друзья мои, давайте-ка поднимемся в зеленую гостиную и там, в тиши и комфорте, замерим… Попробуем замерить у Владимира Леонидовича уровень маны.

– Попробуем? – уже двинувшись было к лестнице, обернулась к князю воспитанница. – Сергей Казимирович, да вы о превращении воды в вино увереннее говорите. Что там пробовать-то: бери и качай, пока качается…

– Видите ли, сударыня, – с расстановкой проговорил полковник. – Последний маг, покусившийся на ману нашего гостя – а был сие не кто иной, как молодой граф Воронцов – обратился кучкой черного пепла, не успев и миллимерлина забрать.

– В самом деле? – перевела на меня удивленный взгляд Надежда.

В ответ я лишь развел руками – не хотел, мол, так уж вышло.

– О-бал-деть! – восторженно выговорила девушка. – О духи, я тоже так хочу! Не в смысле кучкой просыпаться, – по-быстрому поправилась она, – а испепелять всяких… ну, разных. Научите меня, сударь?

Глава 8

в которой мне рассказывают о трех слонах магии

– Все, я пустая, – голосом человека, только что в одиночку разгрузившего машину кирпичей – то есть вообще никакущим – выговорила Надежда Морозова, отпуская мою ладонь.

Склонившись навстречу друг другу, мы с девушкой сидели в сдвинутых почти вплотную низких, не особенно мягких креслах с косолапыми резными ножками и массивными деревянными подлокотниками. Рядом, у стены, расписанной вертикальными полосами разных оттенков зеленого – войдя, я было решил, что это такие обои, но оказалось, краска – дежурил Сергей Казимирович.